обоих цель оправдывала средства.
- Мне на ум приходит только один забавный случай, - сказала хозяйка прикуривая, -
одна моя девочка как-то пожаловалась, что клиент прямо на глазах растворился. Она даже
не успела его обслужить. Мы долго смеялись тогда... но мне пришлось ее уволить. Нельзя
так напиваться на работе. У меня серьезное заведение, а не какой-нибудь притон. Тем
более, глупышка оказалась наркоманкой. Вот, собственно, и все.
- А если это был не бред? - прищурился Леций, - если этот тип и в самом деле
распался?
- Хочешь сказать, что ее клиент был этим Странным?
- Почему нет?
- Да потому что такие клиенты не распадаются. Если только в кошмарном сне!
- Кто это был? - насторожился и без того серьезный Верховный Правитель
- 119 -
- Послушай, - хитро посмотрела на него мадам Рохини, - это бестактный вопрос. Я не
выдаю имен своих клиентов.
- Ты? Не выдаешь? - усмехнулся он, - это что-то новенькое!
- Разве что иногда, - тонко улыбнулась мадам.
- Так кто?
- У меня мелкая рыба не плавает. Не падай со стула, правитель. Ты живешь с ним в
одном дворце.
- Что?!
- Сам догадаешься, или подсказать?
- Кто-то... из моих близких? - осторожно спросил Леций.
Ольгерду тоже стало не по себе. Он не предполагал, что Странные проникли так
глубоко.
- Скорее, далеких, - успокоила правителя мадам, - император Тэхрэммэрэй
пригрезился моей девочке в кошмаром видении. Ты же не думаешь, что он в самом деле
взял и испарился из постели?
Леций молчал.
- Да уж лучше бы испарился! - сказал Герц насмешливо, - отец не знает, как от него
отделаться.
- Погоди, Герц, - отец перебил его, - предположим, это был не бред наркоманки.
Значит. .
- Значит, Странные могут косить не только под аппиров, но и под тевергов, - с
энтузиазмом докончил наследник, - вот это да!
- А лисвисы у твоих девочек не распадались? - уточнил Конс, - или зотты?
- К счастью, нет.
- Все равно ничего хорошего, - вздохнул Леций, - выходит, они многолики и лезут в
самые верха.
- И при этом скромно попивают кофе у Сандры? - взглянул на него Ольгерд, - что-то
тут не вяжется. Она не встречала среди них ни одного императора.
- Да, непонятно... Где теперь эта девица, Грэф? Она теверка?
- Отнюдь.
- Как это?
- Император пожелал, чтобы его сопровождало нечто экзотическое, например,
землянка.
- Вот, старый развратник...
- Но мои земные девочки очень разборчивы, терпеть не могут тевергов. И я их
понимаю. Пришлось отправить к нему одну новенькую с Шеора. Не помню даже, как ее
звали. Все равно потом уволила.
- С Шеора? - прищурился Герц.
- Да, - усмехнулась мадам, - у тебя там не сладко, царь. Девочки бегут ко мне и на все
уже согласные.
- Шлюх везде хватает, - отмахнулся наследник, - а где ее теперь найти, эту твою
девочку?
- Понятия не имею. Но уж вряд ли она пожелала вернуться на свою родину. Да и на
обратный билет не заработала.
- Значит, на Земле?
- Скорее всего.
- Поможешь найти ее?
- Ладно. Расспрошу ее подружек. Они наверняка что-то знают.
- Тогда позвони мне, - сказал Леций, - через Центр Связи. Я хочу встретиться с ней
лично.
- А жена не заревнует? - усмехнулась мадам Рохини.
- Не путай меня с Тэхрэммэрэем, - ответил ей Леций, - я экзотику не люблю.
- 120 -
Разговор в конце концов закончился, но не успокоил. Ольгерд предпочел бы думать,
что распад императора - просто бред наркоманки, но Грэф никогда не заговорил бы об
этом, если бы не засомневался. А знал он наверняка больше.
Леций исчез первым. За ним Конс. За Консом Герц. Мадам Рохини сидела за столом и
наблюдала за их поочередным исчезновением.
- Ну что? - Ольгерд посмотрел на сына, - пошли домой?
- Извини, папа, - сказал Льюис виновато, - но я еще останусь.
- Здесь?
- Да.
Свинцовая тяжесть навалилась на сердце. Это было плохо, особенно перед прыжком.
- К ночи-то вернешься?
- Не знаю.
- Ну, как хочешь. Я тебя жду.
Он вышел в сад, где удобней было накапливать энергию. Голубая сфера получалась
плохо, все время выпирала синяя. Ольгерд злился и тревожился одновременно, к тому же
был совершенно несчастлив. Он тогда не знал, что будет еще хуже и очень даже скоро.
Домой он попал довольно точно, в сад. Совершенно обессилевши, рухнул на
скамеечку под яблоней, сердце разрывалось и стучало с перебоями. Золотисто-малиновые
краски заката совершенно не радовали.
В гостиную он приплелся как глубокий старик.
- Иргвик! - позвал он, - принеси воды!
- Вам плохо, господин? - участливо посмотрел на него толстенький слуга.
- Да, что-то совсем расклеился.
- Конечно. Мы все так потрясены, господин.
- Чем? - не понял Ольгерд, но сердце снова сжалось от боли.
Иргвик как будто смутился.
- Тем, что случилось с госпожой Одиль.
- А что случилось с госпожой Одиль?
- Как? Вы разве не знаете?
- Что с ней случилось?!
- Она... она отравилась, господин.
*********************************************
Утро было солнечное. Тяжелые сумки не мешали, Алеста к ним уже привыкла.
