Я распахнула веки и запрокинула голову, прислонив её к стене. Усталость накрыла всё тело, но стоило прикрыть глаза, как все прежние кошмары утягивали меня в пучину настоящего безумия.
Всю ночь я думала о том, как вытащить Эрика из темницы. Всю ночь думала о том, где сейчас Ханна и как она. Всю ночь меня преследовали глаза Оуэна и отца. Через несколько часов меня ждал куб, вот только меня, кажется, это особо не заботило.
Робкий стук заставил меня вздрогнуть от неожиданности. Дверь приоткрылась, и шторы взлетели от порыва ворвавшегося в комнату воздуха. Я же даже не шелохнулась, лишь перевела вымученный взгляд на мать, не пытаясь скрыть и капли эмоций. Она прошла вглубь и остановилась в нескольких шагах от меня, проводя ладонями по складкам идеально выглаженных терракотовых брюк.
— Ты, когда была маленькой, постоянно любила сидеть на холодном полу около окна, из-за чего мне и отцу всегда приходилось тебя оттуда сгонять, а потом лечить от очередной простуды, — неожиданно произнесла она. — Встань, ты можешь заболеть.
Я удивлённо приподняла бровь, так и не двигаясь с места.
— Тебя волнует, что я могу заболеть, но не волновало то, что ты испытывала на мне новую формулу Апфера? — хриплым голосом выдавила я.
— Испытывала? — на лице мамы появилось неподдельное изумление. — Что за вздор, Нея?
— Ты мне скажи, — бесстрастно произнесла я.
Она прошла к креслу и медленно опустилась, не спеша отвечать. Её спина так и оставалась идеально прямой, а грация и спокойствие, как всегда, завораживали.
— Я никогда ничего не испытывала на тебе. И никому бы не позволила сделать подобного. Ты помнишь, что в первые несколько лет у тебя часто случались панические атаки?
Я еле заметно кивнула.
— Апфер влияет на всю нервную систему человека, в какой-то степени истощает её. Он медленно действует на организм, выкачивая здоровье, и у тебя, Нея, была непереносимость одного из компонентов. В таком случае другие фракции обычно избавлялись от подобных людей. Так меньше мороки и вопросов. Я пыталась найти иной выход, и тогда Анжелин предложила альтернативу. Я доверяла ей всегда и поверила тогда, что предложенная ею формула была полностью безвредна. Она отнимала эмоции, но не воздействовала на организм так пагубно, как Апфер. Только не защищала от таймера, — на секунду она замолчала. — Оставлять тебя с чувствами в этом мире было опасно, и я действовала ради твоей безопасности. Думаю, ты и так это прекрасно понимаешь.
— Отчасти.
— Единственное, что попросила Анжелин взамен, — не спрашивать, откуда она его достаёт, — продолжала мама, вставая с кресла и скрещивая руки на груди.
— И ты не спрашивала? — с сомнением приподняла брови я.
— Нет.
