Я проследил взглядом за ней – вниз по спине до ягодиц. В кончиках пальцев нетерпеливо закололо, так сильно я хотел обхватить ее бедра руками и прижать к себе. Эй-эй! Ник! Остановись. Патрик все еще хранит ее фотографию на заставке телефона, значит, на что-то надеется, и усложнять с ним отношения не стоит. С другой стороны, Патрик сам сказал, что они расстались.
– Ник? – раздался голос Луизы со второго этажа.
– Да?
– Не хочешь посмотреть со мной фильм?
Ну, если это не приглашение заняться сексом, то я ничего не понимаю в этой жизни!
– С удовольствием! – отозвался я.
Надеюсь, это будет ужастик. Луиза прижмется, спрячет лицо у меня на груди, и я смогу зарыться пальцами в ее мокрые волосы, провести по спине вдоль позвоночника и опуститься к пояснице. Хорошо бы, чтобы она надела короткое платье, которое можно будет легко задрать.
Я зашел в гостиную, в который раз поражаясь высоте потолков, ей-богу, как в замке. Обстановка комнаты была элегантная, но современная. Все детали были со вкусом подобраны и выдержаны в серых тонах, ничего лишнего. Не то что у меня дома. После того как мама перебила всю посуду, мы ели макароны прямо из кастрюли. Тут было страшно даже присесть на бархатное покрытие низкого дивана. Я подумал, не уйти ли под шумок, но заметил на каминной полке фотографии. На одной из них Луиза улыбалась от уха до уха, передних молочных зубов не было. Сладкая беззаботная девчушка.
И это ведь она меня пригласила зайти! Я развалился на диване, представляя, что это я не в Луизиных хоромах, а сижу у Йоханна в комнате, и принялся гадать, какой фильм она припасла для нашей прелюдии. От триллера я бы тоже не отказался.
Когда Луиза появилась в дверях, я не знал, плакать или смеяться. Никакого платья или хотя бы сексуальных шортиков: от ключиц до пяток она была упакована в пижаму-комбинезон небесно-голубого цвета, а на груди красовался морской котик. Вытащить Луизу из этого одеяния будет куда сложнее, чем мне бы хотелось, но трудностей я не боялся.
– Спасибо, что дождался, – сказала она и села рядом, но на расстоянии вытянутой руки.
Я решил придвинуться к ней, когда на экране появится маньяк, и Луизе потребуется крепкое мужское плечо.
Она взяла пульт.
– Я уже чуть-чуть начала, но далеко не продвинулась, – робко призналась она. – Одна боюсь смотреть.
– Не перематывай, я быстро вникну в сюжет.
Экран загорелся, и я выругался. В центре кадра появилась молодая Дженнифер Лопес с тугим пучком на голове и в скучном сером костюме. Дженнифер стояла в церкви позади гостей на чьем-то венчании. Если судить по светлой и немного рябой картинке, этому фильму было не меньше двадцати лет.
– Какого хрена? – опешил я.
– Это «Свадебный переполох».
Впервые за очень-очень-очень много лет я на самом деле лишился дара речи. Луиза подняла на меня влажные глаза.
– Это наш с Эммой любимый фильм. Я не смотрела его два месяца.
Меня точно облили ледяной водой. Какой же я придурок. Раскрыв объятия, я притянул Луизу к себе, опустил подбородок на макушку и перевел взгляд на экран.
Ну что ж, в моей жизни случались вещи и пострашнее глупых романтических комедий.
Глава 21
Лу
– У Стива был план! – негодовал Ник. – Свадьба на носу! Как он мог ее отменить?
– Он же влюбился в Мэри, – ответила я, зачерпывая столовой ложкой растаявшее в ведерке мороженое.
Фильм я решилась посмотреть после второго сеанса с фрау Кох. Она сказала, что не стоит избегать вещей, связанных с Эммой, – это часть и моего прошлого. Я думала, что буду реветь в три ручья, но Ник крепко обнял меня, и рядом с ним все оказалось не так страшно. В середине фильма глаза защипало от слез, когда я осознала, что за болью прятались и счастливые воспоминания. А ближе к концу притащила круассаны, две ложки и полукилограммовое ведерко шоколадного мороженого с кусочками печенек. После финальных титров мы с Ником переместились на кухню, где я заварила нам чай, и устроились рядом друг с другом на диванчике доедать мороженое.
– Все эти чувства – зло! Столько денег впустую потрачено.
– Но Стив был бы несчастлив с Фрэн. Они совсем не подходят друг другу. Стив последовал за своим сердцем.
– Стив – дурак, – фыркнул Ник.
Ник наклонился над нашим ведерком, касаясь плечом моего плеча, и зачерпнул полную ложку мороженого. Я исподтишка наблюдала за ним. У него был прямой нос и длинные ресницы, а на шее чуть выше того места, где у ключицы бился пульс, – маленькая родинка. Мне захотелось коснуться ее губами.
Я услышала звук открывающейся двери, потом голоса и топот в коридоре. Черт! Я совсем забыла о времени. Глянула на часы на микроволновке – 21:13.
– Луиза? – позвала мама.
– На кухне, – крикнула я в ответ и отсела на расстоянии вытянутой руки.
Никлас напрягся, переводя взгляд с меня на дверь в коридор. Я же взволнованно зажала руки между коленями, сообразив, что он был единственным парнем, которого я когда-либо приглашала домой помимо Патрика.
Первым в дверях появился папа. Он уже успел снять верхнюю одежду и выглядел сбитым с толку.
– Ты не одна?
Ник вскочил со стула напротив меня и протянул отцу руку.
– Никлас Райнхард. Очень приятно.