— Можно тебя на минутку? — сразу же взял быка за рога я и отвёл его подальше. — Слушай, Джонни, тут такая тема нарисовалась… — начал я, пытаясь сформулировать то, что я должен был ему сформулировать.
— Какая тема? — с безмятежной улыбкой спросил тот, а я мысленно махнул рукой и решил вывалить всё, как есть.
— Таня Зилова тут такая есть…
— Это дочь директорши? — уточнил он.
— Да, именно. И у неё вот только что был нервный срыв, хотела покончить с жизнью…
— Что ты говоришь? — удивился Джон, — после такого успеха и покончить? В голове с трудом укладывается такое…
— Да, прикинь вот, именно после успеха… но я сумел её отговорить, а по ходу разговора она призналась, что влюблена в тебя, а ты её не замечаешь, вот поэтому она и расстроилась.
— Я же её сегодня в первый раз увидел, — удивился он, — и она меня тоже — когда она успела влюбиться-то?
— С первого взгляда, почти как у Шекспира, — бодро соврал я, — так я что хочу попросить… ты бы уделил ей хоть немного внимания, а то ведь пропадёт совсем человек.
— Хорошо, я тебя понял, — после непродолжительной паузы ответил Джон, — я постараюсь уделить ей внимание, чтобы она не пропала — так?
— Абсолютно, — подтвердил я, — тогда я твоим должником буду, можешь на меня рассчитывать.
— Договорились, — кивнул головой Джон, — вот только не нравится она мне нисколько, но я надеюсь, что сумею это скрыть.
Закончился, наконец, этот нескончаемый день, а вечером, когда я прощался со своими подопечными во двое Топтыгинского дома, Джон мне тихо сказал, что никогда ещё не жил такой насыщенной и глубокой жизнью, как в эти последние дни. Вот только за сегодня, продолжил он, загибая пальцы, у нас сначала были разборки с местными гангстерами (кстати, тут будет продолжение, ты не расслабляйся, уточнил я), потом я записался в хоккейную секцию и отыграл даже один период на льду, и в заключение наконец поработал рабочим на сцене театра и вляпался в шекспировские страсти по Татьяне в полном объёме.
— Жизнь, Джон, — вздохнул я в ответ, — хороша своей непредсказуемостью — вот помяни моё слово, ты ещё будешь скучать по этим приключениям в своей сонной Америке.
Мэри была не в курсе новой вводной относительно взаимоотношений с Танюшей и поэтому потребовала пояснений в этой части. На что Джон ответил ей, что всё пояснит чуть позже, после ужина.
— У вас есть чего-нибудь на ужин-то? — спохватился я, — а то может опять ко мне зайдём? Заодно и с родителями познакомлю, они очень заинтересовались вами.
— Пожалуй нет, — ответили они хором, переглянувшись, а продолжил один Джон, — в другой раз, и так слишком много событий сегодня было, надо их переварить.
— Да, — вспомнил я ещё один момент, — завтра у меня экзамен на водительские права, а потом я рассчитываю на твою помощь при покупке мотоцикла.
— Байка, — уточнил Джон.
— Ага, байка. Они у нас свободно продаются, надо только выбрать что-то получше.
— Конечно, рассчитывай на меня в полном объёме, — ответил Джон и на этом мы, наконец, расстались.
А дома меня уже с нетерпением поджидали дорогие родители.
— Ну наконец-то, — сразу с порога встретила меня мать, — давай рассказывай, что там и как во Дворце было?
— Могли бы и накормить сначала, — немного попридержал коней я, — а то на голодный желудок рассказывать тяжело.
— Ой, а и забыла впопыхах, — немедленно повелась на мою уловку мама, — садись, конечно, борщ будешь?
— Котлетки с пюрешкой было бы достаточно, — дипломатично уточнил меня я, — а во Дворце всё удачно прошло, зрители рыдали от восторгов.
— Так-таки прямо и рыдали? — принял мои слова за чистую монету отец.
— Ну не в прямом смысле, конечно, — ответил я, не забывая наворачивать удивительно вкусную котлету, — но приняли нашу игру очень тепло. Три раза кланяться вызывали.
— А народу в зале много было?
— Не битком, но две трети точно… между прочим, могли бы и вы ради такого случая с работы отпроситься.
— Запарка, — виновато скосил глаза отец, — встречный план утверждали весь день… так что извини, не смог. Но на следующий спектакль обязательно приду.
А мама добавила дров в костёр:
— А меня в гороно вызвали, срочное совещание по воспитательной работе… но в следующий раз…
— Ты обязательно поприсутствуешь, — закончил за неё я, доедая пюрешку. — Ладно, как говорят наши итальянские друзья — следствие закончено, забудьте. Теперь у меня другие вопросы первоочередными значатся.
— Это какие, например? — спросил отец.
— Я спортивную секцию поменял, вместо тенниса теперь у меня в повестке дня строго хоккей значится. Вместе с Джоном будем на Чайке заниматься, это раз.
— Джон, это который американец? — уточнила мама, — ты, кажется, хотел его к нам в гости пригласить…
— Точно ведь, хотел, — не стал упираться я, — назначайте день, тогда они вдвоём с сестрой и придут.
— Я думаю… — наморщила лоб мама, — в субботу в самый раз будет, верно, Витя? — на всякий случай спросила она согласия отца.
— Нет, в субботу у нас профилактический день, с утра до вечера на базе в Стригино физкультурой заниматься будем — давай лучше в воскресенье.
— Замётано, — согласился я, — в воскресенье, значит в воскресенье.
