— Хватит, — с уверенностью отозвался Ивар. — Завтра в банке пересчитают сумму кредита с учетом досрочного погашения, и думаю, что я вам даже верну лишнее. И еще... — замялся он, но все же продолжил. — Давайте заключим договор, по которому я обязуюсь ежемесячно выплачивать вам определенную сумму. Я помню, вы сказали, что эти деньги для вас несущественны, но так я буду чувствовать себя комфортнее.
— А что мешает вам делать это без договора? — удивился Скорпиус. — И потом, дружеская помощь тем и хороша, что не вешает ярмо на шею, так что слушать ничего не хочу, — он взмахнул палочкой, разрезая на куски появившуюся на столе утку. — Одно из моих любимых блюд, — тут же сменил он тему, протягивая Гарри и Ивару по тарелке. — Очень вкусно без всяких гарниров.
Ивар внимательно выслушал его и больше не спорил.
— Спасибо, — поблагодарил он, принимая из рук Скорпиуса тарелку. — Пахнет вкусно, — и улыбнулся. — Вам, наверное, самому повезло с друзьями, раз вы знаете, какой должна быть настоящая дружба.
Услышав это, Гарри замер, мельком посмотрел на Скорпиуса, а затем перевел взгляд на Маккоя. Нет, если рассуждать об Иваре объективно и без личных претензий, то парнем он был неплохим. Но вот его длиннющий язык явно всю картину портил. Не дай Мерлин Скорпиус сейчас взгрустнет, подумал Гарри и обеспокоенно взглянул на Малфоя.
— Мне невероятно повезло с библиотекой, — фыркнул Скорпиус, ничуть не расстроившись. — И с тем, что моя мать очень любила романы о любви и дружбе. Я не слишком умело применяю знания о человеческих отношениях на практике, потому что они очень разнородные, но вот в отношении дружбы инструкции весьма четкие. В данном случае я просто не вижу даже других вариантов, как можно поступить.
Гарри облегченно выдохнул, отправляя в рот кусок мягчайшей утки. Все-таки какие бы негативные эмоции он не испытывал по отношению к Ивару, тот влиял на Скорпиуса очень благотворно, и общение с Маккоем, бесспорно, придавало ему уверенности в себе.
А еще Гарри очень захотелось узнать, какая у Скорпиуса самая любимая книга. Черт, и почему он раньше этого не сделал? Не спрашивать же теперь, в присутствии Ивара! А то Маккой мигом намотает себе на ус в довесок к ста сорока семи часам еще и отсутствие должной глубины их отношений.
И ожидаемо этот вопрос задал Ивар:
— А кто ваш любимый автор? — спросил он и с нескрываемым интересом посмотрел на Скорпиуса.
— Лорд Элиот фон де Бар-рдо, — без запинки отозвался Скорпиус. — И него прекрасные математически выверенные рифмы и полновесные многовариантные сюжеты. Жаль только, что читать его обычные люди не могут. Отец, дед, бабушка и даже мать грозились меня проклясть, если я не прекращу цитировать его поэмы.
— Этот автор мне никогда не попадался, — покачал головой Ивар, явно сожалея, что не в силах поддержать беседу. Но огорчался, видимо, недолго, потому что тут же нашелся и продолжил: — Обещайте зачитать хотя бы парочку из них. Мне было бы весьма любопытно послушать.
— Вы не могли слышать о нем, точно также как я не мог читать книги, которые читали вы, — заметил Скорпиус. — Что же касается поэм, то я зарекся читать их вслух после того как получил книжкой по голове от собственной девушки. Но если вам действительно так интересно, я могу принести вам книгу. Обещайте только, что не сожжете ее.
— Обещаю, — кивнул Ивар. — Уверен, нам будет, что обсудить.
"Неугомонный Маккой" — пожалуй, именно так Гарри его окрестит. И хотя сам он видит Ивара насквозь со всеми его порой нелепыми подкатами, по отношению к Малфою он выбрал весьма и весьма правильную тактику. Интересно, а какую бы стратегию Маккой разработал в адрес него, Гарри, если бы ему вздумалось закрутить именно с ним? Вопрос к самому себе, естественно, был гипотетическим, но любопытство разыгралось не на шутку. Смерив Ивара внимательным взглядом, Гарри принялся перебирать в уме наиболее вероятные варианты.
— Ни за что не сжигайте книгу, — протянул он, так ничего и не придумав. — Очень хотелось бы принять участие в намечающемся литературном вечере. Так что становлюсь за поэмами в очередь, — нарочито весело добавил он и поймал себя на мысли, что ему и впрямь было бы интересно ознакомиться с тем, что так сильно полюбилось Скорпиусу.
— О нет! — неожиданно запротестовал Скорпиус. — Тебе не дам. Не хочу рисковать, вдруг ты тоже усомнишься в моем психическом здоровье. По-моему, я и так даю тебе для этого достаточно поводов, обойдемся и без "мозговыносящих", как сказал отец, стихов.
— Тем более, — возразил Гарри. — Одним поводом больше, другим меньше, мне уже без разницы, — улыбнулся он. — Я тебя любым... воспринимаю, — на миг замявшись, выдавил он.
И тут Гарри понял, что на языке крутилось совсем другое слово. Гораздо более сильное. Но произнести его сейчас, а тем более в присутствии Ивара, он просто не смог.
— На самом деле, с каждым словом ты интригуешь нас все больше, — сказал Ивар, переходя на неофициальное обращение, пользуясь однажды данным разрешением. — На месте мистера Поттера я бы спать не смог от любопытства.
