— Ну так в чем проблема? Трогай. Я весь твой, — сказал Ивар и задержал дыхание, чтобы не закричать в голос от радости. Наверное, его с какой-то стороны должно было задеть, что отношение к нему Скорпиус постоянно сравнивает с отношением к Гарри. Но Ивара, напротив, такое сравнение лишь порадовало. Если не сказать осчастливило. Потому что и не сравнение это вообще, а очередной малфревский способ выразить эмоции. — Ты меня сегодня решил побаловать признаниями? — протянул он и заглянул Скорпиусу в глаза.
— Я просто не хочу, чтобы вы оба думали, что я холоден, — вздохнул Скорпиус. — Я весь киплю на самом деле. А ещё... — он виновато улыбнулся и покосился на стол. — А ещё я очень хочу блинчик, — признался шепотом. — Хотя уже сыт. Они вышли замечательно.
— Тогда и я ухвачу один за компанию, — Ивар потянулся к неостывающей стопке блинов и снял два верхних, протянув один Скорпиусу. — Кстати, я и не думаю, что ты холоден. Когда ты был ко мне холоден, я это прекрасно запомнил. Такое не спутаешь ни с чем, — поежился он, припоминая их первый несостоявшийся поцелуй.
Скорпиус виновато улыбнулся и быстро расправился с блинчиком.
— А ведь я и правда не слишком хорошо себя чувствую, — сказал он после этого задумчиво. — Может быть, это последствия удара по голове?
— Я тебя очень прошу не пугать меня, — Ивар посмотрел на него с тревогой. — Скажи, что именно не так.
— Спать хочется, — сказал Скорпиус так, будто признавался в страшном преступлении. — Раньше я никогда не хотел спать до того как выпью зелье.
— Пойдем ляжем. Все равно у нас с тобой типа выходной, — предложил Ивар и, не дожидаясь ответа, увлек Скорпиуса на кровать.
Там Скорпиус свернулся калачиком, подтянув к груди длинные ноги и обняв подушку. Голову он, поколебавшись, пристроил сначала у Ивара на груди, но потом сполз ниже, прилипая щекой к животу.
— У меня как будто кишки бунтуют, — пожаловался тихо. — Неприятное такое ощущение, будто кто-то за них тянет.
— Тебя когда-нибудь тошнило? — с подозрением спросил Ивар.
— Тошнило? — переспросил Скорпиус. — Нет, я думаю.
— Значит, скорее всего, тошнит сейчас, — Ивар вздохнул и стал гладить его по волосам, как кота. — Такое часто бывает после ударов головой. Скорее всего, у тебя легкое сотрясение мозга.
— Потом почитаю в Интернете, что это значит, — протянул Скорпиус и закрыл глаза, подставляясь под его руки.
— Обычно прописывают постельный режим, — отозвался Ивар, продолжая гладить его по голове. — По-хорошему, надо бы тебе сделать томографию. Но где сейчас найти специалиста... Слушай, а в тех склянках, что мы из больницы вашей приволокли, есть какие-нибудь лекарства от последствий удара или сильного падения? Общего действия на организм?
— Я не медик, — вздохнул Скорпиус. — А в Интернете про зелья не прочтешь. Есть общеукрепляющее, это точно, — он достал палочку и призвал нужную склянку даже не поднимая головы. Но вот чтобы выпить её пришлось всё же сесть. — Ты сказал, что тебе делали много признаний, — сказал, ложась обратно. — То есть, у тебя уже были отношения? С одним человеком или у магглов такие, как у нас, треугольники не редкость?
— Были, — кивнул Ивар, поглаживая Скорпиуса по спине. — В моей жизни было много всего. И отношения, и разовые встречи и просто целовательные свиданки. Но в треугольнике, как у нас, — хмыкнул он, — я впервые. И надеюсь, что другие отношения мне не предстоит строить. Там, конечно, жизнь покажет, но вдруг на сей раз мне действительно повезет.
Скорпиус негромко рассмеялся, щекоча кожу дыханием.
— Целовательные свиданки, — повторил он. — Звучит забавно. У тебя, правда, почти всё звучит забавно, даже серьёзные вещи. Это, наверное, талант. Ты не напрягаешь, с тобой не страшно ошибиться. Ты об этом думал, когда звал меня гулять? О целовательных свиданках? — он поднял голову и с улыбкой посмотрел на Ивара.
— Конечно, думал. Кто б не думал, глядя на тебя, — ответил Ивар, возвращая улыбку. — Ты ж на себя только посмотри. Я вообще удивлен, как так вышло, что у тебя нет своего фан-клуба. В нашем мире ты б не знал, куда деться от ходящих по пятам поклонников.
— В моем мире аппарируют, — хмыкнул Скорпиус. — А ещё в моем мире есть всякие зелья для коррекции физических недостатков. И всякие стимуляторы роста и развития... — он рассказал Ивару, как на самом деле обзавелся такой фигурой. — Гарри, правда, говорит, что это неважно, но, возможно, это неважно только для него, — закончил чуть напряженно. — Думаю, тебе тоже нужно это знать.
— По правде говоря, мне ни холодно, ни жарко от этой информации, — проговорил Ивар, искренне удивившись появившейся напряженности в голосе Скорпиуса. — Какая разница, каким образом ты стал таким? Главное, ты такой, какой есть, — заключил он и продолжил, улыбаясь. — И даже если ты вдруг станешь сгорбленным уродцем, я все равно буду тебя любить.
Скорпиус посмотрел на него долгим внимательным взглядом и серьезно ответил:
— Когда-нибудь непременно стану. Лет через двести. И очень надеюсь, что обещание ты сдержишь.
