— Ну и чего же ты ждешь? — хрипло прошептал Гарри и подул на высунувшуюся набухшую головку, наблюдая за блеснувшей на ней первой скользкой каплей.
— Знаешь, как родители наказывают плохих мальчиков, если те их обижают? — весело спросил Ивар у Скорпиуса, и тот с готовностью помотал головой, вместо того чтобы выдать нагора сотню вариантов ответов. — Они их игнорируют. Предлагаю поступить так же... — он понизил голос и потянулся к Скорпиусу.
Когда их губы встретились, Гарри едва слышно выругался. Ивара он в который раз недооценил.
— А я, между прочим, сжалился над тобой сегодня утром в машине, — с шумом втянув носом воздух, проговорил Гарри. — Скорпиус, забудь все то, что я говорил о магглах. Они злопамятные и хитрые, — усмехнувшись, продолжил он, начав сбрасывать удерживающие чары.
Точнее, начав пытаться, потому что при всем его желании выходило из ряда вон плохо. Да что там плохо, ни один магический узел не поддавался его усилиям, оставаясь нетронутым. От Гарри требовалось всего лишь одно — хорошенько сосредоточиться. Однако сосредоточиться он мог исключительно на хрипло постанывающем Иваре, да на с упоением целующем его Скорпиусе.
А в следующую секунду капля малфоевской смазки медленно скатилась с покрасневшей головки, уступая место новой, и тягуче повиснув на кончике члена, упала Гарри на щеку. Рвано выдохнув и не в силах оставаться безучастным и дальше, Гарри приподнял голову, намереваясь погладить языком скользкую головку, как вдруг Ивар — явно наблюдавший за ним все это время — остановил его, прижав рукой плечо и не давая возможности пошевелиться.
Скорпиус разорвал поцелуй и внимательно посмотрел на Гарри сверху вниз.
— Кажется, я понял, о чем ты, — прошептал, облизывая распухшие губы, и потянулся рукой к члену. Но Ивар остановил и его.
— Я сам! — сказал, убирая его руку, и наклонился, обхватывая натянувшую кожу головку губами.
Гарри зажмурился и мысленно застонал, когда Ивар застонал от удовольствия в голос. Решив, что что бы он ни говорил, какие бы доводы ни приводил, судьбу свою не изменит, Гарри продолжал неподвижно лежать, истекая смазкой и крепко сжимая зубы, чтобы не простонать. Но как бы он не пытался себя контролировать, тело реагировало по-своему, независимо от его намерений и желаний — крупными толчками члена в ширинку и раскаленной тяжестью в яйцах.
Даже не видя, как длинный ровный член ритмично исчезает в рту Ивара, Гарри не мог не представлять это действо, сопровождаемое уже обоюдными стонами, в ярких подробностях. В какой-то миг Скорпиус гулко сглотнул и задышал часто-часто, и выдержка Гарри сломалась, отозвавшись долгой судорожной дрожью в всем теле.
Распахнув глаза и помотав головой из стороны в сторону, Гарри закусил губу и поджал от бессилия пальцы на ногах, вознося Мерлину молитвы не лишать его остатков разума и гордости. Ивар не ошибался — Гарри готов был заскулить, чтобы на него обратили, наконец, внимание. Дотронулись, погладили, хотя бы посмотрели, но ни того, ни другого никто делать не спешил.
Оказалось, что Скорпиус уже держал Ивара за плечи и сам вбивался в его рот длинными размашистыми движениями. Не таранил жестко, а скорее ласково, плавно скользил, наслаждаясь каждым движением. Голову он при этом запрокинул, а его ягодицы, на которые у Гарри открывался роскошный вид, сжимались при каждом толчке до ямочек под поясницей. Ещё одно открытие ждало Гарри, когда тот опустил глаза вниз — Ивар расстегнул брюки и теперь сжимал собственный член, пачкая смазкой одежду Гарри. Зачарованно глядя, как его большой палец скользит по скользкой блестящей головке, Гарри не выдержал.
Он громко, протяжно простонал — почти взвыл — затем крупно дернулся всем телом, слегка подкинув расслабившегося и совсем не ожидавшего подобного Ивара вверх, и, изловчившись, перевернулся на живот, позволив себе толкнуться набухшим членом в матрас. И хотя матрас был мягким, ощущение было не из самых приятных — ставшая сверхчувствительной головка болезненно среагировала на давление молнии брюк. А в следующий миг ощущения усилились — Ивар оседлал его ноги и вдавливал своим весом в кровать.
Втянув воздух сквозь зубы и прошипев какое-то ругательство, Гарри уткнулся лбом в покрывало и попытался приподнять бедра, отчаянно желая, чтобы кто-нибудь стащил с него одежду и вошел одним длинным толчком — сразу и мощно.
— Не трахните, заведу третьего любовника, — пригрозил Гарри, комкая в бессилии пальцами покрывало.
— И это вместо извинений?! — возмутился Ивар и оттянул его по заднице ладонью.
— Нехорошо, мистер Поттер, — поддержал его Скорпиус, садясь перед ним на колени, широко разводя ноги. Его член снова оказался у Гарри перед глазами, но теперь он уже мог поднять голову, что немедленно и сделал, не тратя времени на ответ. Когда горячий пульсирующий член лег ему на язык, они со Скорпиусом застонали в унисон, а Ивар поспешно зашуршал одеждой.
— Ты можешь снять с него брюки, но оставить веревки? — спросил у Скорпиуса срывающимся шепотом.
