– Пруха пошла! – ликовал он, пробираясь через день к компу Вадима, в котором как по заказу были выложенные без опозданий драгоценные выводы академика. – Старик ведь, а мозги-то какие! – с завистью хмыкал Геннадий, – Хотя… у меня лучше, раз я его в дураках оставил! Он-то тут пыжится, а результаты-то я собираю!
Довольная физиономия Геннадия сияла на мониторе, на который передавались данные скрытой съёмки.
– Ишь, довольный какой! Как начищенный самовар, – хмыкнул Макс, заглянув через плечо брата. – Ну, это ненадолго… Когда наши хитроумные западные коллеги смогут понять, что у них ошибочные выводы?
– Недельки через три. Это если поторопятся, а если как обычно будут работать, ты же знаешь, бельгийцы не любят спешить и утруждаться, ну, тогда через месяц-полтора, – насмешливо кивнул Вадим. – Ты не передумал увольняться?
– Нет. В Москве у меня есть перспектива жить с тем, с кем мне хочется, так как мне хочется и работать над тем, что мне интересно, а тут дед всё равно в покое не оставит! Он сейчас занят Геночкой и построением научного капкана конкурентам, поэтому ему не до меня и Милы, но скоро он снова займётся загоном запасного коня в стойло. А мне чего-то кажется, что ты с его гонкой справишься лучше! Ему с этого момента придётся больше к тебе прислушиваться – наследник теперь у него остался один.
Если академик Вяземский и собирался возмутиться заявлением об увольнении Максима, которое легло ему на стол, то он никак этого не показал. Спросил только:
– Ты точно уверен в своём поступке? Ты понимаешь, что именно теряешь ради этой деревенской девицы?
– Постой, дай подумать… – Макс спокойно улыбнулся. – И что же я теряю? Наверное, мифическую часть твоего наследства? Так ты лучше живи подольше! Или очередную подобранную тобой невесту из научных кругов? Спасибо, но я как-нибудь сам разберусь со своей личной жизнью!
– Глупый и дерзкий мальчишка! – скривил губы Игорь Вадимович. – Когда ты разочаруешься в этой своей коровнице, может быть слишком поздно.
– Или я в ней никогда не разочаруюсь! – парировал Макс. – Дед, ты подпиши, пожалуйста, и я пойду! Мне ещё незаконченные проекты готовить на передачу.
Нет, если бы у академика остались хотя бы малейшие подозрения по поводу Вадима, он бы нипочём спокойно Макса не отпустил, но его любимец оказался абсолютно невиновен в утечке данных, а Геннадием начали заниматься представители правоохранительных структур, пожурившие академика, впрочем, довольно мягко, по поводу несвоевременного обращения. Сам Геннадий, не имевший пока ни малейшего представления о том, что к его особе подбираются катастрофические неприятности, был откомандирован подальше – в одну из лабораторий якобы для проверки абсолютно рядовых экспериментов.
Короче говоря, необходимости в присутствии Максима не было, а в том, что он скоро, совсем скоро вернётся сам, академик не сомневался!
– Можно вывезти девицу из деревни, но деревню из неё не вывести! – приговаривал он, загоняя подальше крамольные мысли о том, что к Миле эта фраза как-то малоприменима. – Ничего-ничего, наиграется, перебесится, получит от этой ветеринарши свой фунт лиха, и вернётся как миленький! Только присмиреет и поумнеет! – разглагольствовал он перед сыном и невесткой – родителями Макса.
Марина Леонидовна уже почти совсем была готова поспорить со свёкром, но по привычке благоговела перед его мнением, поэтому и не решилась. Наверное, это было к лучшему, потому что Игорь Вадимович так самоуспокоился по поводу Макса, что даже не разозлился на приглашение на свадьбу.
– Обойдёшься и без свадебного академика! – только и сказал он внуку, коротко хмыкнув.
Его сын и невестка поехали знакомиться с родителями невесты и вернулись в некотором шоке.
– Там такое… поместье, я бы сказал! – рассказывал Антон отцу. – Ферма-то ферма, но весьма цивильно и разумно сделанная, никаких вонючих коровников – всё стерильное, короче говоря, я, если честно, впечатлён. Заводик опять же…
Марина Леонидовна, изо всех сил изображавшая чопорную питерскую аристократку, оттаяла, когда выяснилось, что никто не анализирует её поведение, а все просто радуются за Милу и её Макса.
– Да, не такую я ему хотела невесту, но, по-моему, она ему действительно нравится… – осторожно признала Марина, возвращаясь в безукоризненно стильный, но почему-то вечно холодный дом свёкра. – Ладно, посмотрим, как у них дело пойдёт. В случае чего, мальчик всегда может ко мне вернуться, и я о нём позабочусь!
Вадим приехал за день до свадьбы. Причём не один, а с Ульяной, которая тут же затеяла репетицию свадебного макияжа.
– Мила, да погоди ты! Вот тут, в уголках глаз я ещё тени должна положить! – Ульяна решительно изловила невесту за плечи и чуть не силой вернула на стул. – Сидеть!
Команду тут же выполнила дисциплинированная Фокса, плюхнувшаяся на Ульянину обувь.
– Ой, смешная какая! – Ульяна покосилась на собаку. – Я больших собак жутко боюсь, если честно, а маленькие нравятся.
– Она сейчас оскорбится на «маленькую»! – серьёзно предупредила Ульяну Мила. – Вы сами-то как? Жениться собираетесь?
