– Вик, все в порядке, – Лиля серьезно посмотрела на подругу. – Иди. Потом обязательно посидим, да, Кать?
– Конечно.
Вика, извиняясь, вышла из-за стола, и Катя с Лилей остались вдвоем. Повисла тишина.
– Не расскажешь, в чем дело? – тихо спросила Лиля.
– Не сейчас, наверное, нам лучше по домам. Мне завтра дежурить. Такси?
Лиля помотала головой.
Дима открыл не сразу. Он застыл на пороге, сонно хмурясь, будто не узнал Лилю, а затем расплылся в счастливой улыбке.
– Привет. Что… Что-то случилось?
– Не то чтобы… Я могу войти?
Дима посторонился, пропуская девушку в узкую прихожую, и захлопнул дверь. Лиля огляделась: где же будет удобнее провести ритуал? Стоило девушке расстегнуть молнию, как парень схватился за ее куртку и помог снять. Лиля едва успела вытащить из кармана кусочек мела.
– Хочешь чай? – уточнил Дима, замявшись.
Нить едва заметно заколола, но девушка не обратила внимания – Дима волновался: неудивительно, все-таки действительно поздний визит.
– Чай? Да, давай…
Парень кивнул и поспешил на кухню, а охотница заглянула в единственную комнату. Что ж, кроме потрепанного дивана, удобных мест не было. Хорошо бы вырубить парня прямо на нем.
– Ты так и не рассказала, что случилось.
С кухни послышался шум воды.
– Я… потеряла ключи от дома. Такая рассеянная, представляешь, а ты ближе всех живешь, – соврала охотница.
Она осторожно подняла руку и заставила зажечься искры на кончиках пальцев. Работало, хорошо. Надо будет лишь успокоить его, а затем усыпить. Если чуть переборщить со знаком – он свалится без задних ног.
Лиля обернулась, Дима стоял прямо перед ней. Очень близко. По спине пробежал холодок, запястье защипало сильнее.
– Ты не говорила, что живешь рядом.
– Да, тут… На Кантемировской.
Только сейчас до охотницы дошло, что мужчина может по-своему растолковать ее полуночный визит. Избегая неловкой паузы, девушка осторожно проскользнула на кухню. К ее удивлению, на газовой плите стоял самый обычный чайник.
– Так дешевле, – пояснил Дима, – да и вообще проводка ни к черту. Все никак не соберусь заменить. У меня как-то пробки вышибло, и новенький комп полетел. Вместе с работой. Да… кажется, с этого все и началось.
Для Димы началась его депрессия, для нее же… Перед глазами возник образ мори, словно маска, нарисованная на Димином лице. Лиля вздрогнула и помотала головой, отгоняя воспоминания.
– Ты в порядке? – он положил на ее плечо руку, и девушка ощутила сильную хватку.
– Много работы, – чтобы освободиться, Лиле пришлось сделать усилие. Дима отпустил, но не сводил с девушки взгляда.
– Ты хочешь, – он нервно сглотнул, – остаться на ночь?
Лиля отвернулась от парня, сделала вид, что ее безумно заинтересовала кружка на столе. Нужно успокоиться, иначе она не сможет вызвать искры. Охотница начала свою считалочку, пока вертела в руках кружку со странной картинкой: нечто милое и пушистое с окровавленным ножом и подписью «я причиню тебе добро».
– О, я думаю, до этого не дойдет. Родители срочно выехали с дачи, обещали быть около двух. Я посижу немного, ты не против? Не хочется бродить в ночи по улицам. Можем посмотреть кино, – Лиля осторожно зажгла искры, приготовилась… Как вдруг ощутила руки парня на талии. Он прижался к ней, с шумом втянул воздух…
Нить натянулась, завибрировала! От боли мир на секунду померк. У девушки вырвался сдавленный всхлип, который Дима воспринял по-своему. Он резко повернул к себе Лилю и впился ей в губы. Это не был робкий первый поцелуй, Дима вел себя грубо, настойчиво. Лиля изо всех сил уперлась в грудь парня, пытаясь отстранить, но боль не позволила. Нить зарделась, казалось, стала видимой. Запястье… Нет, все тело горело, мышцы выкручивало, в ушах зазвенело.
Охотница выронила мел, из глаз брызнули слезы. В отчаянии она вцепилась в рубашку парня, у Димы словно отказали тормоза. Он целовал Лилю, а она оцепенела от боли.
Дышать стало тяжело. Мир потемнел, пол ушел из-под ног – охотница не сразу поняла, что парень усадил ее на стол. Девушке были противны его прикосновения… Настойчивые, резкие. В нос ударил запах пота. Она слышала только его частое дыхание.
Чайник на плите забурлил.
Как сквозь сон, Лиля ощутила холодный фарфор в руке – она так и не отпустила кружку.
Воспоминания вспышками накладывались друг на друга. Почерневшая кожа ожившего трупа, вонь.
Он переступил, пытаясь встать удобнее, под ногой хрустнул кусочек мела. Вздрогнув, парень отвлекся. Всего на секунду, но этого хватило.
Лиля ударила кружкой наотмашь.
Фарфор разлетелся на мелкие кусочки. Дима отпрянул, схватившись за голову, оступился и рухнул навзничь. Лиля с ужасом увидела, как, падая, он ударился о батарею. Парень обмяк и сполз на пол.
Боль отпустила, нить полупрозрачной паутинкой повисла в воздухе…
Лиля дрожала, пытаясь прийти в себя. Она не хотела плакать, но не могла остановить слезы, текущие по щекам.
На плите засвистел чайник. Охотница поспешила выключить конфорку. Привычное действие привело девушку в чувство.
