Цветкова всеми силами отгораживалась от непрошеных воспоминаний, но все оказалось тщетно, стоило увидеть здание школы. Красная, пятиэтажная, с пристройкой – спортзалом. Один в один ее родная школа.
Лиля почувствовала, как по спине пробежал холодок. Едва ощутимо защипало шрамы. Как это называется? Фантомные боли?
– Она в спортзале была, идем, – позвала Оля и смело пошла напрямик мимо зарослей сирени.
Лиля вспомнила, как пять лет назад скрывалась от чужих глаз за такими же кустами. Не одна, а с мальчиком, конечно. Первая любовь, которая так внезапно оказалась взаимной. Даже смешно вспоминать. Тогда девушке казалось, что парень просто играется, когда они прятались от чужих глаз. Как же грустно было узнать, что на самом деле Кирилл боялся, как бы его родители не увидели их вместе. Конечно, дочка продавщицы, красивая дурочка, не пара для мальчика из порядочной семьи.
– Да, она здесь, – Оля прижалась к окну спортзала, находящегося на первом этаже.
Цветкова всмотрелась в полутемный зал, ощущая подавленные вспышки эмоций: ненависть, злость, зависть. Мрак расползся от угла, где на раскладном пластиковом стуле – гордо, словно на троне, – восседала девушка с модной прической. Лиля заметила тонкие серебристые паутинки, тянувшиеся к каждому из ребят. Карина заливисто рассмеялась, паутинки натянулись, парни загоготали в ответ.
– Что это? – сдавленно прошептала Оля.
– Нити. Она управляет ими. Есть много типов аддиктов, вот этот называют Луксур, или нимфа, кукловод, паучиха. Луксурам нужна подпитка извне, вот так, через нить, они ее получают. Ну и контролируют жертву, – рассказала Лиля, просканировав помещение. Карина в углу, вокруг пятеро парней. Нити заметные. Оранжевый уровень. Скорее всего, она будет вести себя агрессивно. И не только она. Но не пугать же новенькую. Она и так с замиранием сердца смотрела на парня, что стоял ближе всех к Карине.
– А что будет, когда она напитается? – прошептала школьница.
Словно в ответ боль в запястье усилилась. Лиля заставила себя улыбнуться.
– Ну, до этого не дойдет. Излечивать Луксуров не так сложно. Сейчас приедут охотники, увидишь их в действии.
Лиля отошла от окна, Оля последовала за ней.
Карина проводила одноклассницу недобрым взглядом, подозвала к себе одного из ребят и что-то шепнула.
Охотница и девочка вернулись на площадку перед школой.
– И что теперь делать? – спросила Оля, пока Лиля набирала что-то в телефоне. Тусклый экран показывал три процента заряда.
– Ждать, – охотница сняла рюкзак и поставила его в ноги – от жары вспотела спина. – Заявка прошла. Думаю, оперативники будут с минуты на минуту.
– А вы сами…
– Прости, другое задание, – Лиля старалась говорить ровно, как бы сказал Серебров, но совесть противно кольнула.
Хотя что она могла сделать? Измотанная, уставшая. Разве сможет выступить одна против «оранжевой» нимфы, да еще и с компанией из пяти здоровых ребят? Связь совсем свежая, Карина успела насытиться, а мальчишки не ослабли.
– Оля, у вас нет зарядки для телефона?
Девушка задумалась и полезла в сумку:
– Подождите…
– Оль!
Из главных дверей школы выглянул невысокий черноволосый парень.
– Да? – отозвалась девушка, не поднимая головы.
– Тебя Инна Ивановна зовет по поводу фотографий… Срочно.
– Но я…
– Очень срочно! Она уже орет на тебя. Говорит, что-то сломалось и вся презентация на концерт испорчена. Тебе голову оторвут!
– Блин… я сейчас! – крикнула Оля парню. – Лилия Витальевна, извините, директриса… Я на секунду.
Лиля кивнула.
Дверь за спиной хлопнула.
Охотница осталась одна. Медленно навалилась усталость, и воспоминания о школе было все сложнее отгонять.
