– Насколько я знаю, по его делу почти все сгорело, хотя… подождите! Должна остаться заявка. Они сохранились, и… я знаю где. Секунду.
Девушка вскочила и поспешила в архив, Серебров направился за ней, Артур следом. Катя тоскливо посмотрела на оставленные кружки и поплелась за коллегами, больше из любопытства. Интересно, зачем Сереброву закрытое дело Цветковой?
Кате не нравился Борис Серебров. Как-то безотчетно, наверное, с момента первой встречи: он казался ей гордым, заносчивым типом с невероятно раздутым самомнением. А постоянное спокойствие казалось напускным. Будто человек пытался скрыть совершенно отмороженный характер. Неудивительно, что Цветочек смотрела на него с таким восторгом: маленькие девочки обожают «загадочных плохих парней». Катя же твердо верила, что от Сереброва с его «тараканами» лучше держаться подальше.
Вика не соврала, назвав происходящее в архиве хаосом. Повсюду сновал народ, занятый каждый своим делом. Везде коробки, горы бумаг и папок. Только сегодня аналитиков пустили в сгоревшую часть архива, и работники спешно наводили порядок.
– Вот. Здесь, – Артур помог Вике снять с одного из стеллажей длинную металлическую коробку и поставил ее на стол.
– Я сейчас… – девушка начала с невероятной скоростью перелистывать небольшие бланки заявок.
– Я найду, спасибо, – начал было Серебров, но тут аналитиков окликнули. В суматохе Катя даже не поняла, кто именно.
– Нойманн, Арзоян, вот вы где. Вы мне срочно нужны.
– Вот и попили чай, – проворчал Артур.
– Нет, так нельзя, – прошептала Вика. – Давайте сегодня после работы соберемся. У нас столько событий, а мы как сычи: заканчивается работа – сразу домой.
Катя, уверенная, что слова относились к ней, кивнула. Она была не против посидеть с подругами на кухне, как в старые добрые времена, не говоря о том, что это был шанс наконец-то излить душу.
– Хорошо, ловим Цветкову вечером и сразу…
– Я знаю неплохое место. Там подвал, отдельные кабинки, никто не будет «отсвечивать». Полное спокойствие, – добавил Артур. Неловкая пауза, Катя не подозревала, что он теперь относился к «мы», но Вика радостно кивнула:
– Вот и чудесно! Можно народ позвать, Кира, например, – и, к всеобщему удивлению, она повернулась к Сереброву, который прекрасно слышал их разговор. – Борис Алексеевич, не хотите с нами?
Мужчина удивленно поднял глаза на девушку: он переписывал что-то с заявки в свой блокнот.
– Не могу обещать, – ответил он, убирая бланк назад в ящик. – Но спасибо за приглашение.
Аналитиков опять позвали, и им ничего не оставалось, как попрощаться и уйти. Борис же посмотрел на Катю.
– Ты что-то хотела?
– А… вы Валера не видели? – брякнула Катя первое, что пришло в голову.
– Последний раз… часа полтора назад. Не думаю, что это чем-то поможет.
– Пожалуй, да, – кивнула девушка. – Что ж, спасибо. До свидания.
Катя развернулась и пошла в кабинет. Веселые посиделки с откровенными разговорами откладываются.
Стажерка вернулась за стол и с тоской посмотрела на три полные кружки. Как же раньше все было проще.
– Ты хотела чаю и не могла решить, откуда пить? – послышался голос наставника.
Валер зашел в комнату, держа свежее дело с зеленой маркировкой.
– Загадочная женская душа, – пробормотала под нос девушка.
– Чудесно. Ладно, поехали. Тебя очень ждут на Каширском шоссе, – Валер кинул папку на стол девушки. – Почитай пока, что там случилось.
– Мы на машине?
– На метро. В пробках дольше протолкаемся.
Выходя, Валер запер кабинет. Больше никто в отделе не закрывал кабинеты, уезжая на задание.
– В чем смысл запирать кабинет? – уточнила Катя. Наставник вопросительно на нее посмотрел, и девушка продолжила:
– Все равно охотников учат вскрывать замки.
– Я бы посмотрел на того, кто вскроет этот, – усмехнулся Валер, пряча ключ в карман. Стажер покосилась на замок, пытаясь понять, что же в нем особенного, но спросить не решилась.
Они вышли из вестибюля метро, и Катя огляделась – если верить навигатору, то дом был совсем рядом. Валер остановился. – Я подожду.
– Не пойдете в квартиру? – опешила стажер. – А как же проверить? Проконтролировать?
– Ты собираешься напортачить на «зеленке»?
– Нет, но это обычно не планируют.
– Я тебя умоляю. Там дел на пять минут. К тому же мальчик – подросток, там, скорее всего, и какая-нибудь впечатлительная мамаша дома. На меня могут нервно среагировать.
– А если мори?
– Какой еще мори? – Валер выразительно поднял бровь. Катя поняла, что сморозила чушь. Они подошли к подъезду, наставник остановился у входа, не собираясь идти дальше.
Катя же не сдавалась.
– Цветкова уже напоролась.
– Катенька, скажи, по какому признаку ты решила, что здесь может быть аддикт красной ступени?
– Просто предположила… вдруг.
– А, вдруг… действительно. С таким же успехом он может оказаться у тебя дома под кроватью. Мне и твою кровать проверять?
