По дороге охотник расспрашивал Лилю, но та отвечала односложно, и мужчина решил не надоедать. Когда они приехали на автостанцию, то застали отъезжающий автобус. Недолго думая, оперативник преградил путь машиной и вышел переброситься парой слов с возмущенным водителем. Буквально через несколько секунд охотник позвал Лилю жестом и пригласил сесть в салон. Мужчина сухо попрощался и ушел к машине, на ходу набирая чей-то номер.
Девушка устроилась на последнем ряду, около окна.
Эмоции покинули, оставляя пустоту.
Лиля оттянула рукав куртки и посмотрела на чистое запястье. Не маскировка. Нити не было. Девушка даже не поняла, когда та исчезла.
Но это означало лишь одно – аддикта больше нет.
– Пускай все будет хорошо, пожалуйста, пускай все будет хорошо, – пробормотала Лиля, нутром чувствуя, что «хорошо» не будет.
Охотница то и дело засыпала, но стоило провалиться в сон, как перед глазами снова и снова возникало изуродованное старческое лицо. Чтобы не уснуть, Лиля старалась чем-нибудь себя занять: перебирала детали, отстранялась, представляла, что произошедшее – кино и главная героиня – вовсе не она.
Фразы, которые вскользь роняли то Карина, то Вероника Павловна, не давали покоя.
Жертва? Дар? Старуха бормотала, что ее обманули, но она заберет «что-то» сама. Вернет аддикцию, без сомнения. Но почему в ее сознании Анастасия поплатилась «за обман»? Они обманули. Кто «они»? Хотя Вероника Павловна была на грани безумия.
А в голове все всплывал разговор с подругами в кафе.
Нет. Это уже бред какой-то. Старуха была безумна, а Лиля старалась найти смысл в ее словах.
Охотница устало откинулась на спинку кресла. Дождь опять усилился, забарабанил по стеклам. Шум мотора, ветра и тихий звук радио. Немногочисленные пассажиры дремали в своих креслах.
Сколько ехать? Час? Полтора? Вечность. Целая вечность в неведении.
Автобус остановился под навесом. Лиля ждала, когда все пассажиры выйдут, смотрела в проход и не могла решить: что же делать дальше? Куда ехать?
Салон опустел, даже водитель вышел.
Лиля на свинцовых ногах прошла вдоль прохода. Еще через автобусное окно охотница заметила человека, стоявшего у ряда скамеек. Она не могла разглядеть его лица, но поняла – он ждал ее.
Где-то в глубине встрепенулась надежда. Что, если Боря просто вылечил Диму без нее? Что, если сейчас он ее встретит, как обычно, отчитает…
Девушка выбежала из автобуса, не в состоянии скрыть улыбку. Серебров приехал, Серебров ждал ее с задания! Ох, когда она расскажет…
Лилю поливал косой дождь, она шла по лужам, не замечая этого.
Мужчина пошел навстречу.
И тут все внутри оборвалось. Лиля застыла: чужая походка.
Краем глаза девушка заметила нескольких людей, стоявших поодаль. Охотники. Но почему они не приближаются? Будто окружили…
– Цветкова Лилия Витальевна. Полагаю, вы меня помните?
Охотница сразу узнала его. Черная униформа, белые волосы. Леонид Седов. Он не мог скрыть гордый прищур и довольную ухмылку. Спец смотрел на Лилю так, словно поймал с поличным на месте преступления.
– Чем я могу помочь? – Лиля говорила с трудом.
– Вы сможете мне помочь, Лилия Витальевна, – Леонид протянул открытую ладонь. – Вашу руку, пожалуйста. Не стоит напоминать, что мы здесь не одни и отказ будет расценен как…
Девушка не дослушала и резким движением вложила руку в ладонь спеца.
Его хватка напомнила железные тиски, казалось, он пытался раздробить кости. Кожу нестерпимо жгло. Лиля невольно вскрикнула и, как только мужчина отпустил, огляделась.
Мир изменился. Она не понимала как, но изменился. Словно на глаза надвинули шоры. Все стало… обычным. Она не видела вспышек, не видела искрящихся во тьме глаз охотников… не видела того, к чему привыкла за последние пять лет.
Дождь. Низкие грозовые тучи. Пустая темная автостанция, междугородний автобус.
На тыльной стороне ладони появился странный багровый знак, напоминавший ажурное клеймо.
– Положите ваш рюкзак и куртку на асфальт.
Охотница подчинилась. Рубашка почти сразу промокла. Шрамы стали видны.
Никаких знаков. Никакой мистики. Теперь она просто… Лиля Цветкова.
– Пройдем в машину, Лилия, – Леонид пропустил ее вперед.
– Где Борис Серебров? – осмелилась спросить охотница, чувствуя на себе буравящий взгляд.
– Он в тяжелом состоянии. За его жизнь борются, – буднично ответил Леонид, а Лиля испуганно подняла глаза.
– Не переживайте так, Лилия, – Леонид подошел ближе, показывая Лиле, что ей следует идти вперед. Девушка подчинилась. Спец поравнялся.
– Мы же все надеемся, что ему скоро станет лучше. Не так ли?
