– Надо ее успокоить, – хрипло пробормотал он, и его пальцы едва заметно засветились. Инне не понравилось, что незнакомый мужик пытается до нее дотронуться, – она отшатнулась, поморщившись, но Катя силой удержала сестру. Стоило охотнику коснуться руки Инны, как ее тело расслабилось, веки опустились и она обмякла на скамейке, уставившись перед собой.
– Переборщил малек, – покачал головой мужчина. Катя почувствовала запах перечной мяты.
– Вас там совсем уже перестали учить? Уговаривать аддикта на такой стадии посреди дороги… Она еще и подпиталась, смотрю. Стащила что-то?
– Лифчик ценой во всю стипуху, – Катю едва заметно потряхивало.
От сильного порыва ветра Инна вздрогнула и съежилась: ее куртка осталась у охранников торгового центра, что не сулило ничего хорошего. Не объяснишь же им про аддикцию и что в обычном состоянии Инка стеснялась даже брать бесплатные образцы в супермаркете. Катя приобняла сестренку, защищая от ветра.
– Второй курс? – уточнил мужчина.
– Третий.
– Понятно. Ладно, сейчас приедут, не паникуй, – безразлично ответил он.
– Но как они… – потупилась Катя. – Вы позвонили? Спасибо.
– Константин, – представился он.
– Просто Константин?
– Киреев Константин Александрович. Паспорт нужен? – пробормотал мужчина и внимательно посмотрел на девушек. На старшей не было лица, словно она в первый раз в жизни увидела аддикта, вторая выглядела как перебравшая выпускница. Футболка с коротким рукавом едва ли защищала от порывов холодного ветра, да и объятия старшей не помогали. Киреев снял куртку и протянул Кате.
– Накинь на мелкую. Замерзнет.
– А вы?
Киреев отмахнулся. Катя не стала спорить. От потертой кожанки исходил запах мяты и табака.
Катя перевела взгляд на сестру: аура дрожала, напоминая языки пламени.
– Как бы до кризалиса не дошло, – нахмурившись, пробормотал мужчина. Катя опешила.
Студентка прекрасно помнила изображения мори в учебнике: темные уродливые существа с деформированными вытянутыми конечностями и горящими глазами.
Мори нельзя успокоить, нельзя усыпить. Нельзя излечить.
В отчаянии девушка перевела взгляд на Киреева:
– Вы же охотник!
– Я думал, мы это уже выяснили, – пожал он плечами.
– Исцелите ее! Охотники должны исцелять! – Катя вскочила: – Если она уже… я не хочу, чтобы Инка стала мори. Ну почему вы просто… просто сидите?! Как будто вам плевать! Если бы я была на курс старше!
– И? Без практики полезла бы в чужую голову? – уточнил Константин и скептически прищурился. – Знаешь, что бывает, когда так делают?
Его спокойствие охладило Катю, и она растерянно помотала головой.
– Песец тогда бывает. Большой и пушистый. Вот если бы ты была охотницей…
Катя зло выдохнула и уселась на место.
– Так почему вы не поможете? Почему мы просто сидим?
– Я не помогу, потому что так будет лучше. А сидим, потому что приедет мой коллега и все сделает сам. Исцелит твою… кто она там тебе, и…
Раздался жутковатый хрип – Инна тяжело втянула воздух: аура запульсировала.
– Вот дерьмо, – Константин подался вперед, словно хотел вскочить, но, опомнившись, схватил костыли.
– Что происходит? – Катя вцепилась в сестру, чувствуя, как ее бьет дрожь. От их скамейки по парку разливался мрак. Случайные прохожие спешили прочь. Фонари тускнели, лампочки слепо мигали. Темный воздух стал тягучим, наполнился загробным холодом.
– Мел. У тебя есть? – от напускного безразличия Киреева не осталось и следа – он сосредоточенно смотрел на рисунок ауры.
– Нет, – прошептала Катя. – Я могу достать… купить…
– Такой не купишь. Дотащишь ее?
Катя вскочила:
– Куда?
– Ко мне. Видишь серую девятиэтажку за сквером? Первый подъезд, пятый этаж, шестнадцатая квартира. Там на этаже одна бордовая дверь. Верхний замок, самый большой медный ключ, – Константин достал из нагрудного кармана ключи и кинул Кате. – Вышел, блин, за хлебом. Давай быстрее. Я пока с этими штуками доковыляю. Отведи мелкую в комнату с диваном, дверь справа. Там в комоде, в верхнем ящике жестяная коробка с мелом. Запомнила?
Катя кивнула и, подняв сестру со скамьи, потащила ее вперед. Инка шла, не контролируя себя.
В лифте лихорадка усилилась – алый свет ауры стремительно угасал.
– Мы домой? – слабо спросила Инна, когда Катя возилась с замком.
– Почти. Давай скорее внутрь. Вот так, не упади…
– Где свет?
– Все спят, и тебе надо, пошли скорее, пошли.
Катя уложила сестру на диван и кинулась к комоду. В темноте она едва различала содержимое ящика. Казалось, туда скинули весь ненужный хлам: отвертки, болты, гвозди, старые платы, провода, переходники, батареи – не было даже намека на жестяную коробку.
– Ну где же она? Где?
Включился свет. Константин, неловко подпрыгивая, дошел до одного из шкафов и достал оттуда мел.
– Это ни черта не комод! – выпалила Катя, захлопнув ящик. Константин перекинул ей кусок мела.
– Черти круг.
– Что?
– На диване, на полу, где хочешь. Я сейчас не смогу это сделать быстро. Что? О нет, ты же еще не знаешь как… Вот дерьмо.
Константин допрыгал до рабочего стола, схватил карандаш и достал лист бумаги из принтера.
– Смотри! Это несложно.
– Но я не… Я даже знак не смогла начертить!
