Как оказалось, Лилю действительно хотели поручить Арине Валерьевне, но преподавательница заболела – вот Цветкова и «свалилась» на шею к Нине. Оказалось, что далеко не все в «Оке» видели в провинившейся оперативнице врага. Андрей Андреевич говорил с ней ровно, чуть назидательно. Люда так вообще поддерживала, когда начальница не видит, конечно. А вот Нина Михайловна дала понять, что по окончании пребывания Цветковой в учебном отделе от преподавательницы ждут рапорт и она очень подробно опишет поведение нежеланной подопечной и передаст комиссии. Конечно, «беспристрастному и объективному» Седову. Лиле ничего не оставалось, кроме как прикусить язык и вести себя тише воды, ниже травы.
Незаметно, день за днем, чувство вины заглушалось бессильной злостью. Где-то в душе еще теплилась надежда, что Арина Валерьевна поправится, но прошло больше недели, а, кроме Нины и Люды, Лиля никого не видела. Разве что ночной охранник Витя иногда болтал с ней.
Хороший парень, правда, слегка нервный. Бедняга шарахался от каждой тени или резкого звука. Зачем он вообще пошел в охранники?
За прошедшую неделю Лиля так и не привыкла к спокойному ритму жизни. Наверное, это состояние и называется информационным голодом, но вскоре девушка начала сходить с ума от неведения: что происходит с Борей, похоронили ли Диму, что решили делать с ней? У нее не было доступа к интернету, не было никаких устройств связи. Из всей доступной техники – только старый приемник в библиотеке и телевизор в комнате. И тот, и другой она включала, чтобы слышать хоть какие-то человеческие голоса.
Казалось, что посиделки в кафе с коллегами были где-то в другой жизни. Они бурно что-то обсуждали… НДЕ, ревенанты, предатели… Сейчас это казалось сюжетом из фантастического фильма.
Порой, проснувшись, Лиля долго смотрела в потолок, пытаясь понять, где она и не приснилось ли ей все? Но, рассмотрев комнату, печать на руке, девушка немного успокаивалась и закрывала глаза, погружаясь в тишину.
Тишина. Лиля боялась ее больше всего. В тишине начинали просыпаться воспоминания… Днем Лиля могла углубиться в работу, молча злиться на остроты Нины, но ночью некому было отвлечь. Так что частенько девушка включала телевизор, брала книгу и читала до тех пор, пока глаза не слипались. В это время темное небо светлело, из леса, окружавшего учебный отдел, доносились первые птичьи трели.
Когда беспокойство усиливалось настолько, что Лиля не могла уснуть, девушка брала в руки кубик Рубика и методично поворачивала грани. Без заряда амулет превратился в потрепанный пластиковый брелок, но даже в таком виде успокаивал. Буквально через несколько минут Лиля засыпала, сжимая в руке кубик.
В восемь утра ее будили стуком в дверь, и начинался новый день. Полный тягостного ожидания и неизвестности.
Утро пятницы не предвещало ничего хорошего. В небе зависли тяжелые свинцовые тучи – предвестники настоящей бури с порывистым ветром и ливнем. С самого утра мир вокруг погрузился в серый полумрак – девушка проснулась слишком рано.
Не желая больше лежать, Цветкова с трудом встала. Она опять поздно уснула. Голова болела, соображать было трудно. Хотелось постоять под душем и крепкого кофе.
Девушка оделась в простую серую рубашку с длинным рукавом – без знака маскировки она не решалась разгуливать с открытыми руками – и легкие черные брюки. Одежда, отдаленно напоминавшая ее рабочую форму. На шлевку она прицепила брелок, затем стянула волосы розовой резинкой.
После завтрака Лиля зашла в библиотеку, включила привычным жестом радио – девушка еще в первый день поймала волну, где крутили рок. Она и не замечала, насколько привыкла к музыке, которая обычно играла в машине Сереброва. Из радио сразу донеслась незнакомая для Лили песня:
«…Первая любовь была слепа, первая любовь была как зверь. Ломала свои хрупкие кости, когда ломилась сдуру в открытую дверь…»
Немного покачав головой в такт музыке, Лиля взяла с полки свежую книгу, чтобы отвлечься от работы в перерыве, и пошла в складское помещение. В нем-то девушка и проводила большую часть времени, занимаясь инвентаризацией и описью, когда ее не звали что-нибудь мыть или оттирать. Правда, работа с учебными материалами заканчивалась, а это означало, что ее переведут из библиотечного архива куда-нибудь еще, так что Лиля не спешила – читала в перерывах книги и тщательно все перепроверяла.
Сегодня ей предстояло пересчитать и описать учебный материал первого курса. Большая часть книг находилась не в лучшем состоянии, а значит, нужно будет склеивать корешки и страницы, стирать надписи, заботливо оставленные студентами…
– Что за…?
