Когда родители Конфуция поженились, его мать, Цзин-цай, была 17-летней девушкой, а её мужу шёл семидесятый год. В раннем легендарном повествовании рассказывается, что Цзин-цай, опасаясь, что не сможет родить сына из-за преклонного возраста своего супруга, регулярно ходила к соседнему холму просить небеса о помощи. Говорят также, что престарелый муж и его юная жена вместе совершали древние обряды, прося заступничества у богов в уединённом месте на склоне горы Ми. Когда Цзин-цай поднималась на холм, чтобы совершить священный обряд, листья на деревьях и растениях стояли прямо, а когда она возвращалась, они склонялись, свидетельствуя ей почтение. Ночью, вернувшись домой после совершения этих святых и древних ритуалов, она увидела сон, в котором ей явилось чёрное божество со словами: «У тебя будет сын, мудрец, и ты должна родить его в дуплистом тутовом дереве». Однажды, будучи беременной, Цзин-цай вошла в состояние транса и в видении узрела пятерых почтенных, убелённых сединами стариков в зале своего дома. Эти патриархи отрекомендовались духами пяти планет. Они привели с собой животное, напоминавшее небольшую корову с одним рогом, покрытую чешуёй, как дракон. Это странное создание опустилось на колени перед Цзин-цай и выронило из пасти нефритовую табличку с надписью: «Сын духа вод придёт на смену угасающей династии Чжоу и станет царём без трона». Во сне или грёзах Цзин-цай обвязала куском расшитой тесьмы единственный рог цилиня, или единорога, и видение исчезло.
Когда пришло время Цзин-цай произвести на свет ребёнка, она спросила мужа, есть ли поблизости место, называемое «дуплистым тутовым деревом». Он ответил, что на южном склоне холма есть маленькая сухая пещерка, известная под этим названием. Тогда она заявила, что хочет разрешиться от бремени в этой пещере. Её муж очень удивился, но она рассказала о своём сне, и он тотчас сделал все необходимые приготовления. Ночью, как только ребёнок родился, в воздухе появились два дракона, которые несли караул справа и слева от холма, а две феи парили над пещерой, разливая вокруг дивное благоухание и словно омывая в нём мать и дитя. Сразу же после родов из пола сухой пещеры забил ключом источник чистой воды, тёплой и душистой, но, как только младенца искупали, родник высох и никогда больше не появлялся.
Главные события в жизни Конфуция отображены знаменитой серией картин. В их основу положены дощечки из храма Чжуфу (Chufu) в Шаньдуне. Три рисунка из этой серии посвящены чудесным явлениям, сопровождавшим рождение Конфуция. На первом из них изображены пятеро старцев и цилинь — как в видении Цзин-цай. На втором рисунке, скопированном притиранием, изображена крыша дома Шулянхэ[229] в момент рождения мудреца. Два дракона в окружении облаков парят над коньком крыши, а рядом — пятеро почтенных старцев, нисходящих с неба, чтобы присутствовать при счастливом событии. В этой серии рисунков подразумевается, что Конфуций родился в доме, где жила семья, а не в горной пещере. Третья картина представляет пятерых небесных музыкантов, играющих в небе на своих инструментах над местом рождения некоронованного царя. Сразу после появления её сына на свет Цзин-цай услышала эту неземную музыку и раздавшийся из космоса голос, произнёсший: «Под влиянием небес родился святой младенец». Говорят, Конфуций родился с сорока девятью знаками благородства и совершенства на теле, а на груди у него появились слова: «Прелесть проведения церемоний и приведения мира в порядок».
Мифические существа, присутствовавшие при появлении Конфуция на свет, дают краткое представление об этом этапе развития китайского метафизического символизма. Цилинь представляет собой китайский аналог единорога. Самец называется «ци», самка — «линь». Сочетание этих двух терминов образует родовое название этого создания — цилинь, по-японски кирин. Как утверждают, у единорога было тело коровы или оленя, покрытое чешуёй пяти цветов. У него был бычий хвост и конские копыта, а из центра головы рос мягкий рог. В китайской мифологии важные роли играют несколько фантастических животных. Цилинь — властелин четвероногих животных, дракон главенствует среди рептилий и чешуйчатых тварей, а феникс — повелитель птиц. И снова китайский символизм смешивается с символизмом многих других наций.
Драконология распространена почти повсеместно; единорог возникает в легендах многих народов, а феникс, птица бессмертия, был хорошо известен египтянам и римлянам и встречается у североамериканских индейцев, майя и ацтеков.
Эти существа всегда ассоциируются с героическими личностями, а их появление как предзнаменование имело глубочайший смысл. Например, все три создания встречаются среди странных рисунков европейской алхимии. Их объяснение и интерпретацию на психологическом уровне дал Юнг в своей книге «Психология и алхимия». Он заметил, что феникс известен в раннехристианском искусстве как эквивалент голубя, олицетворяющего третью ипостась троицы.
