Но тут Юлиан Шепотьев, верно оценив ситуацию, ринулся к Самсонову и что-то быстро зашептал, склонившись к его уху. Судя по всему, новоиспеченный первый министр спешно пытался образумить не в меру разошедшегося диктатора.
— Господин адмирал, смиренно молю — одумайтесь! — страстно частил Шепотьев. — Умертвить Грауса сейчас, на глазах у всего двора — безумие! Это вызовет страшное негодование и смятение в народе. У бывшего первого министра великое множество сторонников по всей Империи — в провинциях, и даже здесь, в столице. Едва весть о его казни разнесется по галактике — как на нас обрушится лавина ненависти всех этих недовольных…
— То есть ты предлагаешь мне спустить этому наглецу столь вопиющую дерзость⁈ — гневно вскинулся Самсонов, сверкая глазами.
— Нижайше прошу, господин регент, будьте благоразумны, — склонился в рабском поклоне Шепотьев, едва ли не целуя сапоги распаленного тирана. — Птолемей как живой, но утративший власть вельможа куда менее опасен для нас, чем Птолемей в виде невинной жертвы вашего гнева… Империя и без того сидит на пороховой бочке — неужто вы желаете поднести к фитилю пылающую головню⁈
— Ладно, черт с ним, — процедил сквозь зубы Иван Федорович, скрипнув зубами от бессильной ярости. Но доводы Юлиана, похоже, возымели действие — в глазах адмирала вновь появился холодный расчетливый блеск, потеснивший кровавую пелену ослепляющего гнева. Самсонов неохотно махнул рукой, веля штурмовикам опустить оружие.
— Пусть проваливает с Новой Москвы, — бросил он с видом величайшего снисхождения. И, уже обращаясь непосредственно к застывшему изваянием Граусу, рявкнул:
— Через стандартные сутки чтобы духу твоего не было на столице! И собери манатки — отныне тебе заказано появляться в пределах столичной звездной системы. Вздумаешь ослушаться — лично снесу башку с плеч! Я ее у дворцовой лестницы выставлю в назидание прочим ренегатам. Ты меня знаешь, Птолемей, я слов на ветер не бросаю.
Граус, молча, гордо вскинув голову, медленно, словно на параде, двинулся к выходу из тронного зала. Толпа испуганно шарахалась от него, будто от чумного. Остановившись на секунду на пороге, бывший министр смерил напоследок презрительным взором сгрудившихся вокруг трона придворных и едва слышно процедил одними губами:
— Вы еще пожалеете об этом, Иван Федорович. Гордыня и опьянение властью до добра еще никого не доводили. Запомните этот день — вы только что своими руками подписали себе смертный приговор…
Птолемей Граус беспрепятственно покинул Новую Москву-3 на собственной космической яхте в сопровождении верных ему помощников. Низложенный новым диктатором-регентом первый министр спешно покидал столицу, оставляя позади смрад переворота. Ему сильно повезло — канцлер Шепотьев, сам того возможно не желая, все-таки уговорил адмирала Самсонова не расправляться с опальным сановником прямо сейчас.
Самсонов, опьяненный легкостью своей победы и устрашенный решительностью Грауса, какое-то мгновение колебался — не раздавить ли прямо сейчас эту потенциальную угрозу своему режиму. Но Юлиан Николаевич с присущей ему хитростью сумел пробудить в душе тирана зачатки благоразумия. Мол, куда торопиться-то, Иван Федорович? И так уже натворили дел — Артемия и его прихвостней-гвардейцев уничтожили. Не стоит сейчас еще больше настраивать народ против себя, пусть страсти поулягутся. Сбежал министр — и черт с ним…
Ох, и горько пожалел впоследствии Шепотьев об этом своем совете. Если бы канцлер, а ныне уже и новоиспеченный первый министр знал, чем обернется бегство строптивого Грауса, то в жизни не стал бы отговаривать диктатора немедленно его арестовать, а после по тихому расправиться. Но, как говорится — знал бы, где упасть, соломку бы подстелил.
Ибо первый министр Граус, и мы по-прежнему будем называть его первым министром, невзирая ни на какие указы самозваного регента, направил свою яхту отнюдь не в безопасное место, подальше от гнева Самсонова. Нет, этот хитроумный и дальновидный политик задумал нечто совсем иное. Птолемей решительно развернул сверкающий корпус роскошного космолета в направлении системы «Екатеринославская», где как раз находилась объединенная императорская эскадра под командованием адмирала Дессе.
