Однако вернёмся к нашему американскому легионеру на службе Российской Империи — вице-адмиралу Илайе Джонсу-младшему. Как мы помним, первоначально опальный «янки» поддержал Самсонова в его стремительном броске к власти и даже перешёл со своей эскадрой на сторону мятежного командующего Черноморским космофлотом. Во многом именно благодаря поддержке, вернее нейтральности вице-адмирала Джонса Ивану Фёдоровичу и удалось так скоро и малой кровью подмять под себя ключевые объекты столичной звездной системы.
Тем не менее, дальнейшее развитие событий заставило Илайю кардинально пересмотреть своё отношение к командующему Черноморским флотом и своему подельнику подельнику. Шокирующая расправа в Тронном зале Большого Императорского Дворца, свидетелем которой ему довелось стать по воле случая, переполнили чашу терпения Джонса. Кровавая вакханалия поразила даже жестокого и беспринципного Илайю. Особенно же сильное негодование у Джонса-младшего вызвал тот факт, что великая княжна Таисия Константиновна, ради благосклонности которой он, собственно, и ввязался в авантюру Самсонова, как оказалось абсолютно не разделяет устремлений узурпатора и отнюдь не стремится разделить с ним верховную власть. Более того, по достоверным сведениям, она лишь до поры до времени терпит возле себя грубого проходимца, опасаясь за свою жизнь и судьбу по сути оставшегося в заложниках у Самсонова своего младшего брата…
Выходило, что американец впустую связался с беспринципным диктатором и, сам того не желая, предал доверие великой княжы, которую почитал за образец добродетели и воинской доблести. И вот теперь ему приходится соучаствовать в бесчинствах и злодействах, творимых распоясавшимся сатрапом.
Долго раздумывать над тем, как поступить в столь щекотливой ситуации, прямодушный вояка не стал. Раз Самсонов оказался не тем, за кого себя выдавал, раз он предал Империю, то государство, на службу которому Илайя совсем недавно перешел, значит, нечего и мараться, находясь рядом с командующим Черноморским флотом. Джонс прекрасно понимал, что он по-прежнему чужак среди русских и уж кого-кого, а его перебежчика американца никто в этом раскладе не защитит и не поддержит. Посему единственным достойным выходом для него будет как можно скорее оставить зараженную гнилью мятежа столицу, дабы не брать на душу грех соучастия в дальнейших преступлениях новоявленного Калигулы-Самсонова.
Так Илайя Джонс-младший, не колеблясь ни минуты, принял решение покинуть лагерь адмирала-регента, уведя свою русско-американскую дивизию подальше от бурлящей страстями Новой Москвы-3. Пусть диктатор подавится своей добычей, а Илайя лучше встанет на сторону тех, кто чтит закон и порядок.
Однако наш герой не был бы самим собой, если бы удовольствовался малой кровью врага. Нанесенные ему оскорбления — а именно покушение Самсонова на его жизнь во время его пленения еще там в «Тавриде» требовали не только решительного и справедливого возмездия. И Илайя, как подобает джентльмену чести, намеревался совершить прощальный визит к своему обидчику. Вот только характер этого визита сулил быть отнюдь не дружеским.
Отчего линкор «Юта» после того, как остальные корабли русско-американской дивизии дозаправились, вышли из общего построения и выстроились в походную колонну, медленно, но неуклонно пошел в направлении флагманского линкора Ивана Федоровича Самсонова «Громобой», парящем в окружении вымпелов Черноморского космического флота на низких орбитах Новой Москвы-3.
Флагманский линкор Джонса-младшего неспешно выдвинулся из строя эскадры, словно матерый хищник, готовящийся к прыжку, плавно наращивая ход и постепенно сокращая расстояние до цели. Устроившись в командирском ложементе вице-адмирал Джонс меланхолично разглядывал панораму, открывавшуюся на обзорных экранах. Неторопливые перемещения кораблей Черноморского Космофлота, суетливое мельтешение катеров и челноков, поблескивание серебристых бочек заправщиков — вся эта размеренная рутина мирного космоса нисколько не трогала Илайю, занятого лишь предвкушением грядущей вендетты.
— Что ж, настала пора платить по счетам, Айван, — хмыкнул «янки», бросая взгляд на силуэт флагмана Самсонова в центре построения. Жестом подозвав старшего помощника, он распорядился: — Команде занять места по боевому расписанию, подготовиться к столкновению. Вывести «Юту» на таранный курс.
Офицер, козырнув, приступил к исполнению приказа. По отсекам линкора разнесся вой боевой тревоги. Космоматросы разбегались по местам, втискиваясь в кресла-ланжероны, а инженеры в машинном отделении лихорадочно возились у пультов управления, готовясь перекинуть на движки дополнительную энергию от реакторов.
