«Юта» взревела всеми своими агрегатами, словно раненый зверь. Ее исполинский стальной остов пронзила судорога, корпус жалобно заскрипел, перекрытия застонали от чудовищных перегрузок. Но линкор, покорный воле опытного капитана, все же подчинился. Невероятным усилием разогнанный многомиллионный колосс, казалось, на миг завис в пустоте, а затем, изогнувшись всем своим циклопическим туловищем, заложил крутой вираж, проскочив буквально в считанных метрах над верхней палубой «Громобоя».
Изящно проскользнув вдоль самой кромки палубы флагмана Черноморского флота «Юта» все же не обошлась без своеобразного «рукопожатия» на прощание. Нависающие надстройки линкора, не рассчитанные на столь близкое знакомство с вражеским дредноутом, жалобно хрустнули и разлетелись вдребезги под ударом стального гиганта. Вихрь искореженного металла, рваных листов обшивки и осколков иллюминаторов брызнул в пространство, усеивая трассу полета «Юты» импровизированным конфетти.
На мостике «Громобоя» воцарилась растерянность пополам с возмущением. Вахтенные офицеры, еще не до конца осознавшие, что произошло, ошарашено таращились на экраны внешнего обзора. Увиденное никак не желало укладываться в их головах. Какой-то ополоумевший американец только что средь бела дня едва не снес их драгоценный флагман вместе со всем командованием! Такого вопиющего хамства и наглости свет не видывал!
Спохватившись, дежурный лейтенант бросился к пульту связи, на ходу тыча пальцем в сторону удаляющейся прочь «Юты»:
— Вы там совсем охамели, «янки» поганые!
Он, конечно же, сказал не охамели, а нечто другое. Но общий смысл понятен.
— А ну-ка соедините меня с этой «Ютой»!
— Господин лейтенант! Тут какая-то подозрительная активность по всему сектору! Корабли русско-американской дивизии внезапно начали маневр расхождения и легли на параллельные курсы! Уводят за собой и транспорты снабжения!
— Как⁈ Куда! Без команды⁈ — вытаращил глаза ошарашенный лейтенант, бросаясь к монитору оператора. — Дайте общую диспозицию на тактическую карту…
Вахтенные засуетились, лихорадочно щелкая клавишами. Огромная голограмма в центре командного отсека мигнув, высветила панораму ближнего космоса. Из россыпи значков, обозначающих корабли Черноморского космофлота, вдруг начали один за другим выпадать ярко-голубые треугольники — опознавательные знаки союзных вымпелов дивизии Джонса.
На глазах изумленных офицеров американские линкоры и крейсера стали стремительно менять дислокацию, смещаясь к краю боевого построения эскадры. А следом потянулись и кильватерные колонны транспортов. Сомнений не оставалось — «янки» в открытую покидали порученный им участок сектора и явно намеревались предпринять самостоятельный бросок куда-то за его пределы.
— Мать честная, — ахнул лейтенант, на миг потеряв дар речи от подобной наглости. Но тут же опомнился и заорал, брызжа слюной: — Немедленно вызывайте на мостик командующего! И дайте предупредительный залп по линкору «Юта»!
Палуба под ногами ощутимо вздрогнула, когда носовые башни главного калибра «Громобоя» разрядились слаженным ревом, посылая смертоносные сгустки плазмы вдогонку флагману Илайи. Однако было уже поздно — ослепительно-белые росчерки выстрелов бессильно растаяли в пустоте, не причинив американскому кораблю никакого вреда. Тот продолжил стремительно наращивать ход, удаляясь прочь от разъяренных русских.
Вскоре стало окончательно ясно, что догнать проворных «янки» не удастся. Слишком уж большую фору они успели заполучить, пока ошеломленное внезапным нападением командование космофлота приходило в себя. Теперь же любая погоня становилась бессмысленной — на таком расстоянии ни один заряд просто не долетит до цели.
Операторы с «Громобоя», с трудом скрывая панику в голосе, вызывали один за другим удаляющиеся вымпелы союзников, требуя объяснений. Но в ответ из динамиков слышалось лишь зловещее молчание — «янки» демонстративно игнорировали любые попытки флагмана выйти с ними на связь. Даже на прямые приказы вернуться в строй они не удостаивали русских ни единым словом, всем своим видом давая понять — отныне они больше не подчиняются никому, кроме собственного командующего…
Потребовалось минут десять, наполненных лихорадочными консультациями по закрытой связи и бестолковой суетой на мостике, чтобы до штаба Черноморского флота, наконец, дошло: «янки» покинули порученную им позицию не просто так, а с далеко идущими намерениями. Это было уже не просто своеволие строптивых американцев, а самое настоящее предательство.
Адмиралу Самсонову, когда ему доложили об этом инциденте, а заодно и о неудавшейся попытке тарана «Громобоя», не понадобилось много времени, чтобы сложить два и два. В бешенстве вломившись на флагманский мостик, он с ходу уставился немигающим взглядом на оторопевших подчиненных и взревел так, что задребезжали переборки:
