— Александр Иванович, — осторожно произнесла она, — ты уверен? Это кажется очень необдуманным шагом.
— Взгляните на карту, дамы и господа, — я указал на голографическую проекцию промышленного сектора. — Плотность орбитальных сооружений там невероятно высока. Сотни станций, верфей, доков, и тысячи малых объектов — складов, ремонтных платформ, коммуникационных узлов. Это идеальные условия для маскировки…
— И нападения, — закончила мою фразу Тася. — Ведь так?
— Совершенно верно, — кивнул я. — Для начала мы спрячемся в самом густонаселенном участке системы, где плотность электромагнитных излучений и помех настолько высока, что наши корабли просто потеряются в общем шуме.
— А дальше? — спросил Жила, хотя в его глазах тоже уже начинала светиться искра понимания.
— А дальше, — я слегка улыбнулся, — мы затаимся и ударим, если представится удобный случай, — заключил я, победно откидываясь на спинку кресла, будто уже раскатал эскадру наших преследователей. Впрочем, в моей голове данные корабли действительно были уже уничтожены, либо захвачены.
Я видел, как на лицах офицеров недоумение сменяется пониманием, а затем — решимостью. План был рискованным, но выполнимым. И, что самое главное, снова неожиданным для противника.
— Капитан Жила, — обратился я к старпому, — прокладывайте новый курс. Нам нужно оказаться в самой гуще промышленного сектора до того момента, когда нас могут накрыть огнем главные калибры кораблей, идущих за нами следом.
— Есть, господин контр-адмирал, — Жила немедленно приступил к работе над навигационными расчетами.
— Капитан Пападакис, — я повернулся к экрану связи, — ваш крейсер займет оборонительную позицию в арьергарде. Если преследователи догонят нас до того, как мы достигнем промышленного сектора, вам придется их задержать.
— Понял, — кивнул Пападакис с непривычной серьезностью. — «2525» справится с этой задачей.
— Лейтенант Рубан, — обратился я к командиру «Ариадны», — сосредоточьтесь на поддержании максимально возможной скорости. Как только мы достигнем укрытия, вы получите время на необходимое восстановление систем.
— Приказ понял, господин контр-адмирал, — четко ответил Рубан, и его измученное лицо слегка просветлело при мысли о возможности привести свой корабль в порядок.
— Профессор Гинце, — я повернулся к ученому, — вам предстоит работа по усилению систем маскировки. Нам понадобится все ваше мастерство, чтобы раствориться среди многочисленных сигнатур гражданских судов промышленного сектора.
— Я уже начал соответствующие расчеты, — кивнул Гинце, поправляя очки.
— Полковник Дорохов, — я обратился к командиру штурмовиков, — подготовьте ваших людей. Не исключено, что в этой тесноте модулей и станций нам придется задействовать абордажные команды, как основное свое оружие.
— Мои бойцы будут готовы, — мрачно усмехнулся Кузьма Кузьмич. — И наши новые союзники тоже, — добавил он, имея в виду андроидов.
— У нас мало времени, — подвел я итог. — Преследователи сокращают дистанцию с каждой минутой. Всем приступить к выполнению поставленных задач. Совещание окончено…
— Господин контр-адмирал, — Жила через минуту был снова возле меня, — новый курс проложен. По расчетам, мы достигнем промышленного сектора Коломны-4 через час и двадцать минут.
— А преследователи? — спросил я.
— Если они поддержат текущую скорость, то окажутся примерно в полумиллионе километров от нас к моменту нашего прибытия на орбиту.
Слишком близко для комфортного состояния, но должно хватить времени, чтобы скрыться среди многочисленных орбитальных сооружений.
— Хорошо, Аристарх Петрович, — кивнул я. — Передайте на все корабли: Максимальная скорость, какую только могут обеспечить двигатели.
Жила отправился отдавать соответствующие приказы, а я остался у тактического дисплея, наблюдая, как изображения наших кораблей плавно изменяют траекторию, поворачивая к планете Коломна-4.
В глубине души я понимал, что веду нашу эскадру в опасное место, но иногда самый неожиданный ход оказывается самым верным. И если все пойдет по плану, густонаселенный промышленный сектор на орбите Коломны-4 станет не нашей могилой, а спасением…
С каждой минутой нагромождения модулей орбитального промышленного комплекса Коломны-4 все больше вырастала на тактической карте, завораживая своими масштабами. Даже после многих лет космической службы я не мог не восхититься этим величественным созданием человеческой индустрии — гигантским трехмерным лабиринтом орбитальных фабрик, доков, станций и платформ, опоясывающих планету сверкающей паутиной из металла, пластика и композитов.
Сотни тысяч огней мерцали в пространстве, образуя причудливые созвездия техногенного происхождения. Транспортные коридоры, соединяющие основные промышленные узлы, были забиты многочисленными гражданскими судами — грузовозами, ремонтными буксирами, пассажирскими челноками. В этом хаотичном движении легко мог затеряться даже такой крупный корабль, как линкор «Афина».
