— Разрешите доложить, господин контр-адмирал. Состояние «Ариадны» неудовлетворительное для полномасштабного боя. Силовые установки работают на пределе возможностей, орудийные системы функционируют но… Но, у нас серьезные проблемы с экипажем. Призовая команда, которую мы перебросили с «Афины», составляет лишь пятнадцать процентов от штатного расписания крейсера. Мы вынуждены были привлечь часть пленных офицеров для работы с техническими системами, однако их лояльность… под вопросом.
Я нахмурился. Ситуация с «Ариадной» была еще хуже, чем я предполагал.
— Капитан Пападакис, — обратился я к командиру «2525», — что там у тебя?
Пузатый командир с привычной самоуверенностью выпятил грудь:
— «2525» полностью боеспособен, Александр Иванович! Все системы в норме, экипаж готов к бою!
По крайней мере хоть одна хорошая новость. Однако в целом картина выглядела неутешительно. Даже с учетом всех трех наших кораблей, общая боевая мощь не могла сравниться с семью полностью боеготовыми вымпелами противника. А если учесть, что на борту «Афины» находился малолетний император Иван Константинович, ради безопасности которого мы затеяли всю эту операцию, прямое столкновение с превосходящими силами становилось неприемлемым вариантом.
— Господин контр-адмирал, — Аристарх Петрович подошел ближе, — Люди профессора продолжили анализ перехваченных сообщений и информации. Оно обнаружили кое-что интересное.
Я внимательно посмотрел на Жилу:
— Продолжайте.
— Суровцев распределил свои «золотые» эскадры по всей системе «Коломна» таким образом, чтобы методично прочесывать все секторы, — начал Аристарх Петрович, выводя на экран обновленную карту. — Судя по перехваченным приказам, изначально, когда мы еще не были обнаружены, они использовали классическую тактику концентрических кругов — постепенно сужая радиус поиска от точки нашего последнего известного местоположения.
— Логично, — кивнул я. — Но как это может нам помочь?
— Это означает, — продолжил кавторанг, — что распределение сил неравномерно. В некоторых секторах плотность патрулей выше, в некоторых — ниже. Здесь, — он указал на участок карты недалеко от Коломны-4, мимо которой мы в данный момент следовали, — концентрация кораблей минимальна. Похоже, Суровцев и в самом деле посчитал, что мы не станем возвращаться туда, откуда только что сбежали.
Я внимательно изучил указанный сектор. Действительно, это был промышленный район на орбите Коломны-4, куда мы недавно наведывались для захвата судна технической поддержки. Там, где сияли огни многочисленных орбитальных станций, верфей и доков, патрульных кораблей не было видно.
— А это может сработать, — задумчиво произнес я, начиная видеть новые возможности.
— Александр Иванович, — подал голос Пападакис, — у меня есть предложение. Что если нам использовать «Ариадну» как приманку?
Ты снова за прежнее? — Когда на моем лице отразилось недовольство, он поспешно добавил: — Только в качестве отвлекающего маневра, не в качестве жертвы! «Ариадна» может изменить курс и увести преследователей в сторону, пока «Афина» и «2525» прорываются к вратам.
— Нет, — твердо ответил я. — Мы не будем разделять наши силы. «Ариадна» слишком ценна, и я не собираюсь рисковать ни одним из наших кораблей.
— Но шансы на успешный прорыв…
— Я сказал — нет, капитан Пападакис, — в моем голосе прозвучали стальные нотки. — Мы найдем другой выход.
Айк нехотя кивнул, отступая. А я вновь повернулся к карте системы, внимательно изучая промышленный сектор на орбите Коломны-4.
— Александр Иванович, — напряженно произнес Жила, подгоняя мои мысли, — вражеские корабли продолжают сближение. Они уже в четырех миллионах километров от нас и сокращают дистанцию.
Времени на принятие решения оставалось все меньше.
— Мы готовимся к бою, господин контр-адмирал? — спросил Рубан, до этого момента молчавший.
— Оборонительные системы моего линкора уже активированы, — добавил Жила. — Щиты на максимуме возможностей, орудийные платформы выведены из режима консервации.
— Я сообщил экипажу «2525» о возможном столкновении, — отрапортовал Пападакис. — Мы готовы открыть огонь по вашему приказу.
— «Ариадна» также готовится к бою, — отрывисто произнес Рубан. — Хотя, повторюсь, наши возможности ограничены.
Все ждали моего приказа, понимая, что столкновение, кажется, неизбежно. Но я по-прежнему продолжал изучать карту, мысленно просчитывая различные варианты. Что-то в промышленном секторе Коломны-4 не давало мне покоя…
И вдруг решение пришло — неожиданное, рискованное, но потенциально спасительное.
— Мы меняем курс, — твердо произнес я, выпрямляясь. — Новая цель — промышленный сектор на орбите Коломны-4.
— Коломна-4? — удивленно переспросил Жила. — Но это означает сделать крюк и дать еще больше форы нашим преследователям.
— Именно, — кивнул я. — Мы направимся туда, где нас меньше всего ожидают увидеть — обратно в то место, откуда недавно сбежали.
На лицах офицеров отразилось смятение. Даже Таисия Константиновна, хлопающая ресницами с экрана, выглядела озадаченной.
