Цена вопроса, это несколько моих крейсеров, — подумал Фрэнк, загибая пальцы на руке и примерно понимая, каких из своих кораблей он не досчитается, при том или ином варианте действий. — Если линкоры ещё и выдержат огонь крепостных батарей, то вот с крейсерами 13-ой дивизии можно будет распрощаться… А как мне потом восполнить эти потери для продолжения боевых действий? Война только началась, а у меня половины дивизии уже не будет. Дрейк — этот франт и позёр, разве даст мне новые корабли? Не факт, ведь все свободные резервы уже разобраны и раскиданы по остальным дивизиям 6-го флота… Вот поэтому мне свои корабли стоит беречь как драгоценные камни… К тому же, судя по времени и расстоянию, мы всё же успеваем захватить русскую крепость в любом случае. Пусть даже это произойдётв непосредственной близости от межзвёздного перехода…
— Хорошо, капудан-паша, я принимаю к действию твой план, — неохотно кивнул Фрэнк, стараясь особо не смотреть на издевательски наглое выражение лица османа. — Я продолжу преследование, а ты разбивай свою эскадру на боевые группы и начинай «огибать» крепость. Только умоляю, делай это быстро и без задержек… Времени у нас очень мало, если русские успеют нырнуть в «Тавриду» и закрепиться с том конце, у нас возникнут проблемы с захватом плацдарма на противоположной стороне межзвёздного перехода…
— Ты разочаровываешь меня всё больше и больше, Фрэнк Корделли, — рассмеялся Яман. — Русские не нырнут, как ты выразился в соседнюю звёздную систему, это поймёт даже школьник…
— Что ты, чёрт возьми, имеешь в виду?! — раздражённо воскликнул американский адмирал, непонимающе уставившись на своего собеседника. — Не говори загадками! Почему русские не уйдут через переход, если у них появится такая возможность? Ведь это единственный шанс для них спастись!
— Потому что законы физики ещё никто не отменял, — продолжал от души смеяться, Яман. — Внимательно смотри на цифры данных по «Измаилу»…
***
— Вот и вся их хвалёная удаль, — презрительно фыркнул Волынец, наблюдая как американские крейсера, один за другим, покидают зону активного действия его крепостных батарей. — Прижгло бока, получили то, что полагается?! И так будет с каждым, кто сунется!
В командном зале Пункта Управления царило оживление, все офицеры улыбались, наблюдая, как противник отступает так и не рискнув приблизиться даже для начала хоть какой-то артиллерийской дуэли. Никто из присутствующих не ожидал такой нерешительности со стороны американцев и многие были удивлены тем, что видели на экранах своих мониторов и на проекции трёхмерной карты — 13-я дивизия откатывалась на безопасное для себя расстояние.
Единственным, кто не разделял общего воодушевления, конечно же, был я.
— Не хочу даже смотреть на эту вечно недовольную мину, — воскликнул Фёдор Афанасьевич, отворачиваясь от меня. — Постоянно ты чем-то недоволен… Хоть сейчас порадуйся первой нашей победе…
— Какой победе? Ни один корабль противника не выведен из строя, — покачал я головой. — Восстановить свои защитные поля эти два крейсера смогут уже в течение часа… В чём победа, в том, что американцы на время отошли для перегруппировки? Фёдор, хоть ты не разочаровывай меня сейчас! С их стороны это было первое прощупывание наших возможностей не более того. Потерпи немного, скоро всем нам станет по-настоящему весело…
— Ай, — отмахнулся от моих слов генерал, — держали и не такие силы… В Идрицком сражении на «Измаил» сразу две дивизии наваливались одновременно, а она всё равно выстояла. А сейчас перед нами врага, лишь на одну дивизию наберётся… Выдержим…
— Не забывай, в Идрицком, ты сдерживал атаки уже потрёпанных Черноморским флотом, османских эскадр, к тому же класс кораблей султана в тот день был гораздо ниже, чем тех что идут сейчас за нами, — я решил окончательно испортить настроение Фёдору. — В дополнение, в той битве, даже когда крепость оказывалась на первой линии обороны, её «тыл» постоянно был прикрыт кораблями Самсонова, чего нет сейчас… Лобовую атаку противника всегда легче отбить, а османам тогда приходилось идти на тебя именно в лоб…
— Что изменилось сейчас? — пожал плечами Волынец.
— Вот что…
Я показал рукой на карту, на которой было уже чётко различимо глазу, как общий строй преследователей разделяется на несколько малых групп. Пока для Волынца, как и для большинства присутствующих в Пункте Управления военных не было ясно, что именно хочет предпринять противник, но было очевидно, что он явно на ходу менял свои планы.
— Ты что не видишь, как они нас собираются окружать?! — воскликнул я, раздражаясь вопросительному взгляду генерала. — Посмотри, как увеличивается скорость отделившихся групп — они включили «форсаж»…
Наконец и до Волынца начало доходить, что не всё так радужно, как он думал ранее. Ему, как коменданту со стажем не нужно было доказывать, что нападение на крепость с нескольких углов атаки одновременно, отразить будет на порядок сложней, чем фронтальный удар таким же числом кораблей.
