Между тем, накал сражения нарастал с каждой минутой. 13-я дивизия, как стая голодных волков, почуявших запах крови, медленно и неуклонно приближалась к своей жертве. Корделли не выдумывал сейчас каких-либо изощрённых комбинаций, а действовал по обычной в подобной ситуации схеме. При достаточном количестве кораблей у атакующей стороны если по ним ведётся интенсивный огонь, то вся группа держится рядом, прикрывая друг друга защитными полями. Как только у корабля, идущего в авангарде строя, начинало истончаться поле, он замедлял ход и перестраивался в кильватер. Таким нехитрым чередованием вся группа могла преодолеть нужное расстояние без критических потерь. Конечно, подобная стратегия была возможна лишь в том случае, если сам противник имел ограниченную мощь своих артиллерийских установок, а атакующая сторона имела в своём составе существенное число тяжёлых дредноутов.
У вице-адмирала Корделли таких кораблей было в достатке, благо его изначально «лёгкую» дивизию командующий Дрейк перед операцией усилил двумя линкорами: «Камден» и «Техас», и в данную минуту именно они принимали на себя весь заградительный огонь батарей «Измаила». Защитные энергетические щиты этих двух кораблей соответственно считались самыми мощными и дольше по времени могли держать непрекращающийся поток плазменных зарядов.
Конечно же, американцы не были просто целью, они активно отвечали артдуэлью из своих бортовых орудий, однако эффективность их огня пока была минимальной, слишком уж защищённой оказалась русская крепость. К тому же расстояние до неё ещё было большим, да и одновременно огонь вся дивизия вести не могла из-за собственного построения. Но медленно и неуклонно корабли Корделли всё же приближались к «Измаилу», чтобы достигнув определённой точки пространства для возможности ведения «убийственного огня», выстроиться, наконец, в линию и с нескольких тысяч километров начать в упор расстреливать эту «проклятую» крепость…
— Всем, держаться строя! — неустанно повторял Фрэнк Корделли в рацию, своим капитанам.
Он прекрасно понимал, что время работает на него и что «Измаил» рано или поздно падёт при таком раскладе сил, но главное — надо продолжать давление. Основной опасностью для завершения успешной операции был пресловутый человеческий фактор. Командиры кораблей, по которым сейчас вёлся огонь, могли попросту не выдержать эмоционального напряжения. Не удивительно, ведь когда перед глазами на мониторе со страшной скоростью уменьшаются проценты активной защиты энергетического поля твоего корабля, любой капитан, знающий, что произойдёт вслед за этим, может сломаться и начать отворачивать в сторону…
— Только без паники, ребята, — продолжал повторять как мантру, вице-адмирал, — видите, от крепости уже отходят транспорты… Они перестали её буксировать и «Измаил» движется теперь только по инерции. Это значит, русские сами поняли, что обречены и начинают разбегаться… Осталось менее двухсот тысяч километров, после этого мы сразу переходим к массированному штурму! Только никому не покидать построение! Не дай вам Господь, сейчас побежать! Я собственными орудиями расстреляю ваши чёртовы лоханки, если подобное произойдёт! Все меня поняли?!
— А как же русские транспорты? — спросил Мэтью Рискин — старший помощник Корделли на его флагманском крейсере «Салем». — Они начинают разгоняться для того, чтобы нырнуть в переход…
— К чёрту, эти суда! — отмахнулся адмирал. — Они для нас не имеют никакой ценности, даже если до отказа будут набиты золотом. Это всё равно османская добыча, а не наша… Главное в данный момент — обезоружить крепость!
— Да, но крепость тоже в итоге достанется султану, — скривился Мэтью. — Так ли уж необходимо такое рвение с нашей стороны, адмирал?
— А есть ли у нас выбор?! — воскликнул Корделли, которому так же, как и Рискину, не хотелось сейчас сражаться с «Измаилом». — Нам необходимо взять под контроль этот переход и закрепиться на нём со стороны системы «Таврида». А как это сделать, если на пути стоит эта русская махина?! Хочешь — не хочешь, но брать её придётся…
— Только передать бы ваш боевой настрой нашим союзникам, — ехидно пошутил Рискин, показывая пальцем на экран монитора.
— Что опять с ними не так? — раздражённо спросил Фрэнк.
— Адмирал-паша Озкан похоже не разделяет вашего мнения по поводу бесполезности транспортников, — ответил Мэтью. — Сразу несколько османских кораблей прекратили атаку на бастионы крепости и устремились вслед за российскими гражданскими судами…
— Дьявол раздери этих османов! — выругался Корделли. — Только не Озкан отдал такой приказ, старик не посмел бы… Нет, это сделал Каракурт!
— Какой жадный до трофеев молодой человек, — невесело пошутил Рискин.
