– Прошу прощения за краткость церемонии. Я еще только учусь ее проводить. Императорский мастер чайной церемонии, Сэн-но Рикю, иногда проводит ее по несколько часов в полном молчании, и все его гости уходят просветленными.
– В извинениях нет необходимости, мой господин. Вы оказали мне честь этой церемонией.
– А ты оказываешь мне честь своей службой.
– Простите, господин, но я пока не оказал никаких услуг.
– Ты развлек людей. Все присутствующие были рады видеть, как ты борешься, и, насколько я знаю, дети тоже с удивлением наблюдают за твоими тренировками.
Нобунага рассмеялся, а я уставился на собственные руки, не зная, что и ответить.
– Хм… – вздохнул он. – Да, я беседовал с Токугавой. Он рассказал мне, что ты считаешь себя здесь бесполезным. Почему ты так рвешься служить?
Упоминание имени Токугавы дало мне понять, что ни один разговор в Адзути не проходит мимо ушей Нобунаги и что встреча с Токугавой вчера вечером, скорее всего, была неслучайной. Я ответил не сразу. Не обладая даром Валиньяно всегда знать, что нужно сказать, я решил говорить правду.
– Сколько я себя помню, мое выживание зависело от умения показать свою ценность.
– Каждый человек имеет ценность.
– Не у каждого человека есть хозяин, которому он должен доказывать свою ценность.
Нобунага обдумал мои слова. Он чуть откинулся назад, пока слуги, вошедшие в комнату, осторожно собирали стоявшие между нами котелок и жаровню. Потом они, пятясь назад и держа подносы на вытянутых руках, с поклонами вышли.
– Некоторые вассалы шепчут за моей спиной, что я предпочитаю обычаи европейцев обычаям собственного народа, но это не так. Я ценю нашу историю и традиции точно так же, как и остальные, но готов принимать любые полезные новшества, откуда бы они ни пришли.
– Я не слышал таких шепотов, мой господин.
Нобунага запрокинул голову и громко рассмеялся.
– Я сказал, что они шепчут. Но не говорил, что они делают это неосторожно.
Он погладил свою короткую треугольную бородку.
– Ты хорошо перенимаешь наши обычаи.
– Отец Валиньяно считал, что нам очень важно понимать японцев. Все участники нашего посольства проходили обучение на корабле и до отплытия.
– Ты хорошо учился. И все же я расскажу тебе историю, которую ты можешь не знать. Ты слышал когда-нибудь о битве между Такэмикадзути и Такэминакатой?
Я не слышал. Нобунага выпрямился и сложил руки на коленях. Я понемногу учился сидеть так же, но вывернутые щиколотки, на которые я опирался, уже начинали зудеть от долгой неподвижности.
