Мистер Полт оказался худощавым джентльменом с крючковатым носом. Окинув посетителя наметанным взглядом, портной выдал костюм из белого шелка, который идеально подошел. Следуя совету Лизакевича, Кирилл Карлович оплатил аренду на одни сутки. Возражений со стороны портного князь не встретил.
Кирилл Карлович собрался уйти, но вдруг услышал странные звуки. Сверху доносились удары и весьма необычные женские стоны. Князю казалось, что какую-то несчастную избивают. Но через секунду возникло сомнение. В любом случае, решил он, такие звуки рождаются не от хорошей жизни. Кирилл Карлович, ступая бесшумно, двинулся вверх по лестнице.
В первый момент он подумал, что перед ним юноша. Но приглядевшись, понял, что это молодая женщина. Из одежды на ней были только нижняя рубашка и панталоны, какие обыкновенно надевают девицы в домах терпимости[18].
С высокого потолка – а дело происходило в просторном, недостроенном зале, – тянулся канат, на котором висел кожаный мешок. Дама прыгала вокруг, молотила этот мешок кулаками, издавая при этом те самые звуки, что смутили юного князя. Удары она наносила такие, что забияки из «Королевской таверны» позавидовали бы ее сноровке.
– Вы ко мне, мистер? Хотите попрактиковаться в боксинге? – крикнула дама.
Она прервала занятие, и князь получил возможность разглядеть ее. Юной особе было не больше лет, чем ему самому.
– Простите, но я не бьюсь на кулаках с дамами, – ответил Кирилл Карлович.
– Тогда проваливайте, – ответила девушка.
Она вновь начала прыгать и молотить кожаную сумку кулаками.
Кирилл Карлович отправился по лестнице вниз. Там он встретил портного, выглянувшего из мастерской. Мистер Полт, увидев удивленное лицо князя, указал подбородком вверх и сказал:
– Это леди Шарлотта, вдова герцога Бэрримора.
– Да-да, конечно, – ответил князь так, будто слова портного все объясняли.
Сжимая сверток с белым костюмом, Кирилл Карлович покинул особняк на Пикадилли.
Князь дошел до биржи на углу с Бонд-стрит и нанял экипаж до глубокой ночи. Первым делом он решил заехать на Шарлотт-стрит в расчете застать там Петюню.
Так и получилось. Но появление Петюни изумило князя не меньше, чем вдова герцога, дающая уроки кулачного боя. Из окна экипажа Кирилл Карлович наблюдал за тем, как к дому мистера Дезенфанса подъехала открытая коляска. В коляске бок-о-бок сидели и оживленно беседовали мистер Питер Фрэнсис Буржуа и Петюня.
– Я же велел следить незаметно, – пробормотал князь.
Коляска остановилась у ворот, мистер Буржуа и Питер спустились на землю и стали прощаться как старые добрые знакомые.
Князь Карачев выглянул в окно так, чтобы остаться незамеченным, и сказал извозчику везти на Харли-стрит.
Как понимать Петюнину выходку, юноша не знал. Любопытство разбирало Кирилла Карловича, но он посчитал более важным не опоздать в Клуб Адского Пламени.
Князь приказал извозчику ждать. В доме Воронцова он быстро переоделся в белый костюм от мистера Полта и вновь вышел на улицу.
Напротив посольства прогуливался Петюня. Увидев господина, он бросился навстречу.
– Сэр, я выполнил ваше задание, – с радостью доложил он.
– Выполнил! – с сарказмом воскликнул Кирилл Карлович. – Видел я, как ты справился! Что это значит, хотел бы я знать?
– Сэр, чем я перед вами провинился? – испугался Петюня.
– Я велел тебе проследить незаметно. А ты разъезжал в коляске с мистером Буржуа на глазах у всего Лондона! – рассердился князь.
– Помилуйте, сэр! – взмолился Петюня. – Но следить за мистером Буржуа незаметно не было никакой возможности! Я пристроился на запятках коляски. Но мистер Буржуа выехал в чистое поле и там остановился…
– Что он там делал? – удивился Кирилл Карлович.
– Он достал краски, поставил мольберт и стал рисовать лэндскейп…
– Вот те на, – протянул князь. – И все?
– То-то и оно! – кивнул Петюня. – Я, конечно, незаметно с коляски-то прыг! Но куда же в чистом поле спрячешься! Мистер Буржуа приметил меня и даже нарисовал на своем лэндскейпе…
Очевидно было, что слежка за мистером Буржуа оказалась бесполезной. По крайней мере, в этот раз. Однако Петюня сиял от радости, словно справился с неимоверно сложным заданием.
– А что рот до ушей? – по-простецки спросил князь.
– Мистер Буржуа заплатил мне четыре пенса, чтобы я сидел неподвижно, – сообщил Петюня.
– Вот пройдоха, – буркнул князь. – Ладно, отдыхай, Петюня. Сегодня ты мне больше не нужен.
– А вы, сэр, я вижу, куда-то собрались?
– Поеду в Бексли, – сказал Кирилл Карлович.
– Давайте я с вами! – с готовностью предложил Петюня.
– Нет, я поеду один. А ты отдыхай. Завтра будет много дел.
Кирилл Карлович поднялся в экипаж и приказал извозчику трогать. Князь не хотел, чтобы кто-либо – даже его слуга – знал о его участии в черных обрядах.
Ошибиться было невозможно. Двухэтажный особняк из красного кирпича оказался единственным приличным домом на пустоши Бексли. Поодаль в сумерках размывались очертания деревенских лачуг. На пятачке перед воротами стояла пара десятков закрытых экипажей.