Кирилл Карлович опустился на постель, обвел разбойников взглядом и промолвил:
– Значит, не нашли…
– Отвечай, наглец! – рявкнул мистер Барнс.
– Ничего я вам не скажу. Подите прочь! Вы мешаете отдыхать, – ответил князь.
Он улегся на постели и вытянул ноги.
– Мистер Барнс, – с театральной интонацией произнес Старый Костоправ. – Должен признать, что вы были правы. Прежде нужно, чтобы вы поговорили с мистером Переводчиком. Только не переусердствуйте, а мы подождем пока…
Главарь шайки двинулся к выходу. Не успел он скрыться за дверью, как громила подскочил к постели и стащил Кирилла Карловича на пол. Один из вооруженных разбойников передал свой пистолет товарищу и поспешил на помощь мистеру Барнсу. Они стали избивать князя Карачева.
Аполлония закричала. Разбойник с пистолетами ударил ее, и она затихла.
Горячая слеза скатилась по щеке Аполлонии и упала на юношу. Он открыл глаза, увидел в полумраке ее лицо и спросил:
– Ты чего плачешь?
Она зарыдала еще безутешнее.
– Э-эх, напрасно отослал я Петюню, – посетовал князь Карачев.
– Расскажи ты, что им нужно, – всхлипнула Аполлония. – Иначе они убьют нас…
– Расскажу, тогда точно убьют, потому как окажемся мы им без надобности, – ответил Кирилл Карлович.
Аполлония отвернулась и, закрыв лицо руками, разрыдалась. Князь сел и обнял ее за плечи.
– А может быть, ты и права…
Она повернулась к юноше и с надеждой заглянула в его глаза. Он хотел утешить ее, но Аполлония внезапно прижала палец к губам.
– Тссс, – она показала на дверь.
Снаружи донеслись осторожные шаги, ключ в замке повернулся, дверь отворилась. При слабом свете от единственной свечи Кирилл Карлович разглядел Джона, воришку, за которого князь оплатил краденые пирожки.
Мальчик протянул князю пистолет. Кирилл Карлович взял оружие, и Джон бесшумно выскользнул из комнаты.
Князь поднес пистолет к свече. Лоскуток ветоши закрывал полку, чтобы не просыпался затравочный порох.
Испуганная Аполлония наблюдала за ним. Кирилл Карлович перевел на нее взгляд и улыбнулся. Она всхлипнула, князь выглядел зловеще.
– Смотри-ка, какой красавец, – сказал юноша. – Это английский пистолет. «Бамфорд». Посмотри, какой он изящный – как лебединая шея. Это тип пистолетов королевы Анны, хотя был изготовлен намного позднее.
Князь отделил ствол. Проверив заряд, он привел пистолет в боевое положение.
– Что ж, сослужи-ка нам службу, – промолвил Кирилл Карлович и сказал Аполлонии: – Жди здесь.
Князь двинулся к выходу, но женщина ухватила его за руку.
– Постой, – прошептала она. – Что ты собираешься делать?
– Одного застрелю. А с другими так справлюсь, – ответил Кирилл Карлович.
– Не надо, – шепотом взмолилась Аполлония. – Они все, должно быть, спят. Лучше убежим по-тихому. Ты же не знаешь, сколько их, и они вооружены…
– Ладно, – согласился Кирилл Карлович. – Тогда ступай за мной. Но если придется стрелять…
– Если уж придется, – поддакнула Аполлония.
Осторожно ступая, они вышли из комнаты. Они двигались медленно, чтобы деревянный пол скрипел как можно тише. Спустились по лестнице вниз, подошли к двери на улицу, и тут она отворилась. На пороге стоял разбойник. Вероятно, ему поручили сторожить, а он отлучился по нужде.
Не разглядев в полумраке, кто перед ним, он спросил:
– Боб, ты?
Князь двинул ему кулаком в голову. Аполлония подхватила рухнувшего мужика и осторожно опустила на пол. Кирилл Карлович вытащил из-за пояса разбойника оружие. Это оказался английский двуствольный пистоль «роловер».
Они отворили дверь и вышли на улицу.
Кирилл Карлович и Аполлония оказались во дворе небольшого дома. Насколько позволяли разглядеть сумерки раннего утра, других жилищ поблизости не было. Тракт, проходивший вдоль полуразвалившейся каменной ограды, терялся за косогором.
– Еще один клуб адского пламени, – усмехнулся юноша, оглянувшись на дом.
– Бежим скорее! – прошептала Аполлония.
Она потянула князя к калитке. Кирилл Карлович отворил ее, затем поковырял кровоточащую губу и нарочно запачкал калитку.
– Что ты делаешь? – шепнула Аполлония. – Бежим! Бежим…
Они сделали полтора десятка шагов, и Кирилл Карлович остановился. Он взял Аполлонию за руку и оторвал лоскут от ее рукава. Воспользовавшись им как платочком, вытер губы и бросил окровавленный кусок ткани на землю. Затем князь обхватил даму за талию и повел обратно.
– Тише-тише, не торопись! – промолвил он.
Увидев, что юноша что-то задумал, Аполлония пришла в ужас.
– Прошу тебя, бежим скорее.
– Нет. Если они хватятся скоро, то на дороге нагонят нас, – объяснил князь. – А если нескоро, то сами дадут деру отсюда, пока мы солдат не навели.
Аполлония с трудом удержалась от паники. Она жаждала вырваться и бежать. Но князь уверенно вел ее обратно, во двор дома, где засели разбойники.
Они прошли через калитку и направились к островерхому каменному сараю с круглым окошком под крышей.
Одинокая лошадь посапывала у коновязи под открытым небом. Во дворе стояла небольшая коляска.
– Хорошо, что собаки нет, – буркнул князь.
Он приоткрыл дверь сарая. Внутри никого не было.
– Забросили хозяйство, – промолвил он.