– Действительно, тут какая-то загадка, – согласился Кирилл Карлович. – Можно подумать, что кто-то нанял их для убийства пана Зиборского.
– Вот-вот, – поддакнул собеседник. – Невозможно снять подозрения с мистера Уотерстоуна, пока не разыщут его приятеля и не разберутся, что к чему.
– Скажу Питеру, чтобы побродил по Лестер-сквер, – сказал князь. – Может, повезет, и он выследит дружка рыжего Билла.
– Я бы не очень на это рассчитывал, – покачал головой Аглечан. – Если подельник знает, что мистер Уотерстоун угодил в каталажку, то должен был спрятаться так, чтобы его не нашли.
– Тем не менее попытаем счастья, – сказал Кирилл Карлович.
Кирилл Карлович думал, как перевести разговор на делишки с поляками. Неожиданно мистер Джентль сам заговорил о том, что интересовало князя Карачева.
– Что касается господ из Польши, должен сказать, они большие жулики, – вымолвил Аглечан.
«Кто бы сомневался!» – мысленно воскликнул князь Карачев. Вслух же он выразил беспокойство:
– Они пытаются вас надуть?
– Обманывать меня смысла им нет, – ответил мистер Джентль. – Они обманывают друг друга.
– Ого! Как же так? – спросил Кирилл Карлович.
– Не в моих правилах раскрывать коммерческие тайны третьим лицам, – сказал Аглечан.
Не успел князь Карачев огорчиться, как Аглечан порадовал его:
– Но для вас, князь, я сделаю исключение. Во-первых, я рассчитываю на ваше молчание. Во-вторых, я хотел бы обратиться к вам за помощью.
«Только бы не спугнуть!» – подумал Кирилл Карлович, стараясь не выказывать радость.
– Главный в сделке князь Полеский. Но его друзья, молодые поляки, Дромлевичов и Пшибыла, тоже принимают участие, – продолжил мистер Джентль.
Он на удивление четко произносил польские фамилии, хотя они и звучали экзотически для английского уха.
– Князь Полеский проводит сделку за свой счет, – сказал Аглечан. – Но он приватно обязал меня придерживаться версии, что берет банковскую ссуду.
Кирилл Карлович вспомнил слова «аббата», сказанные прошлой ночью в Клубе Адского Пламени.
– Позвольте угадаю, – произнес князь. – Мистер Полеский положил свои деньги в банковскую контору и под их залог берет ссуду.
– Именно так! – подтвердил мистер Джентль. – Вы на редкость смышленный юноша. Откроюсь до конца. Моя роль как раз и заключается в переговорах с банкиром. Но банк понадобился господину Полескому не только для того, чтобы обдурить Дромлевичова и Пшибылу. Банковская контора выступает еще и гарантом. Сделка состоится при условии, что продавец получит деньги от банка только после того, как товар поступит на борт корабля.
– А что за товар? – Кирилл Карлович решил воспользоваться откровенностью Аглечана.
Но мистер Джентль не настолько увлекся беседой, чтобы выложить коммерческие тайны, как он выражался, «третьим лицам». Впрочем, он и тут обнадежил князя.
– Всему свое время, мой друг, – сказал Аглечан. – Вы могли бы оказать мне помощь. Безусловно, если не сочтете мою просьбу неудобной.
– Конечно, я помогу вам, – ответил Кирилл Карлович.
Он произнес эти слова и почувствовал неприятное стеснение в груди. Выходило, он намеревался воспользоваться доверием мистера Джентля, чтобы выведать тайны панове Полеских.
– Будет лучше, – продолжил Аглечан, – если поляки об этом не узнают. Они не слишком рады вам.
– Поляки ничего не узнают, – заверил Кирилл Карлович собеседника.
Юноша почувствовал облегчение. Пан Полеский, взявшись за дело, думал о том, как объегорить Дромлевичова и Пшибылу. Мистер Джентль за спиной польских компаньонов хотел воспользоваться помощью Кирилла Карловича. Выходило, что в негоциях обман в порядке вещей.
Князь оправдывал себя тем, что намеревался воспользоваться доверием Аглечана не в корыстных интересах, а в поисках правды. Панове Полеские вели дела с Питером Фрэнсисом Буржуа, неизвестно за какие заслуги удостоенным ордена Белого Орла в Польше и рыцарского звания в Англии. Через панну Ласоцкую они поддерживали связь с паном Огинским. Князь Карачев подозревал, что вся их деятельность вредна для России.
– Давайте встретимся здесь завтра в три часа дня, – сказал Аглечан.
– Завтра в три часа дня, – повторил Кирилл Карлович.
– Да, – воскликнул мистер Джентль. – Извините, что не спросил сразу. Откуда у вас новые ссадины?
– Мне понравились кулачные бои, – ответил князь.
– Я так и понял, – с улыбкой ответил Аглечан.
Кирилл Карлович подумал, что раз он едва не стал жертвой разбойников из-за поляков, то имеет полное право дойти до истины, даже немного злоупотребив доверием мистера Джентля.
Они попрощались, и князь Карачев вышел в общий зал. Петюня расправился с обедом и поджидал на улице.
– Сэр, вы когда-нибудь видели таких красивых гусей? – он показал Кириллу Карловичу на выводок домашних птиц. – Прямо-таки гуси Пенелопы или даже Юноны.
– Фу, Петюня, что еще за выдумка – гусей смотреть? – фыркнул князь.
– А вы, сэр, делайте вид, что смотрите на них, а я незаметно укажу вам на одного подозрительного типа, – ответил слуга.
– Что тут скажешь, – промолвил Кирилл Карлович, – и впрямь превосходные гуси. Хоть сейчас на праздничный стол…