— Может, имеет смысл прислушаться еще раз?
Ясуо развернулся — быстро, порывисто — и оказался лицом к лицу с мастером Шеном. Несмотря на высокий ранг в иерархии семьи, «следящий за равновесием» был довольно молод, всего на несколько лет старше самого Ясуо. Когда-то людям в его должности предписывалось скрывать лицо, но уже многие годы назад это ограничение себя изжило. В какой-то степени это пошло традиции только пользу: «следящий» обязан был в любой ситуации сохранять хладнокровие, быть отстраненным и беспристрастном, и обнаженное лицо, лишенное даже призрачной защиты маски, должно было демонстрировать высшую степень спокойствия. Мастер Шен был образцовым смотрящим в глазах всей Семьи — кроме одного человека: именно от него Ясуо узнал, как хрупко понятие справедливости.
— Почему вы отказали ему в этом? — Ясуо коротко дернул головой в сторону могильного камня, с которого смотрело навсегда застывшее в улыбке лицо Змея.
— Мы воздадим ему должные почести, — пообещал мастер Шен, спокойно выдерживая взгляд мертвых глаз. — Но сперва мы должны разобраться в причинах его смерти. И если потребуется — отомстить.
Ясуо склонил голову. Рука привычно потянулась к поясу, но вместо рукояти меча сгребла лишь воздух: чтя традиции, он явился на встречу без своего оружия.
— Это — причина по которой я просил о встрече с тобой. Я хочу свершить месть за Йи.
— Даже если бы мы знали, кто его убил, — медленно сказал Шен. — С чего ты взял, что я позволил бы тебе принять бремя мести? Ты опозорил себя, ты больше не член Семьи, ты изгнанник. Это — честь, о которой у тебя нет даже права просить.
— Верно, — глухо выдохнул Ясуо. — И все же, ты здесь. Ты знал, что я буду просить об этом, и все равно пришел.
Шен покачал головой.
— Я уважаю твою смелость, Ясуо, и твою преданность Йи. Ты далеко зашел, чтобы оказаться здесь, ты не побоялся сунуть голову в пасть кобре, пришел сюда, зная, что вместо встречи со мной тебя могут просто убить — но все это ничего не меняет. Это не искупает твоей вины. Ты поступил против традиции, твое наказание справедливо. Ты не имеешь права просить.
— Мастер Шен, но что если я исправлю свою ошибку?
Все еще не поднимая головы, Ясуо запустил руку под край одежды. Медленно, чтобы не вызвать резким движением ненужных подозрений, вытащил что-то из-за пояса и протянул вперед на открытой ладони.
— Ты его сохранил, — голос «следящего за равновесием» звучал ровно, но Ясуо готов был поклясться, что в нем сквозит призрак удивления. Вместо ответа он только еще ниже опустил голову, по прежнему держа на ладони ритуальный кинжал.
— Я прошу тебя о праве свершить месть за Йи, — упрямо повторил он. — После чего я совершу то, что должен был сделать еще давно.
— Это искупит твой позор, — Шен, тоже превратившийся в неподвижную статую, медленно кивнул. — Смерть Йи стала утратой для всей Семьи, но я знаю, что ты потерял больше, чем кто-либо иной. Но я не имею права решать один. Другие «смотрящие»…
— …послушаются тебя, — упрямо сказал Ясуо. — Никто не смеет оспаривать твои решения.
— Кроме тебя.
— И вот я здесь.
— Верно.
Мастер Шен надолго замолчал. Ясуо молча ждал, когда он примет решение. Белые ленточки, привязанные к ветвям дерева, трепетали и бились на ветру.
— Хорошо, Ясуо, воин семьи Чен. Клянись, что с этого дня ты пойдешь по пути мести и не будешь знать покоя до тех пор, пока не заплатишь на смерть нашего брата Йи.
— Клянусь.
— Клянись, что если идя по пути мести, ты узнаешь, что наш брат Йи потерял честь, ты не станешь этого скрывать и не воздашь ему почести, которых он будет более не достоин.
Голос Ясуо не дрогнул:
— Клянусь.
— Клянись, что дойдя до конца по пути мести, ты искупишь старые грехи так, как должно и уйдешь с честью.
Сказать это оказалось проще всего:
— Клянусь.
— Оставь себе этот кинжал, — сказал мастер Шен. — Носи его рядом с сердцем, как напоминание о том, что должен сделать.
Ясуо коротко поклонился.
— Я сделаю все, как должно.
— Тебе снова разрешено появляться во владениях Семьи, я отдам необходимые распоряжения. Но не думай, что это остановит тех, кто все еще желает тебе смерти.
— Я не боюсь. Могу я спросить, что вам удалось узнать?
— Не так много. Мы видели как это случилось — камера в квартире Йи все записала — но убийца использовал звездную пыль, и вместо его лица на кадрах остались только помехи. Мы и тебя видели — вот почему я тебя не обвиняю. Но кто бы его ни убил, это не один из нас: мастер Акали и мастер Кеннен подтвердили что мир между Семьями нерушим. Они проводят свои расследования, чтобы проверить…
— Это не важно. Я знаю, где следует искать.
— Самонадеянность — плохой спутник на пути мести.
— Я не самонадеян, — Ясуо покачал головой. — Я понимаю, что не справлюсь без помощи Семьи. Но я встречался с Йи незадолго до того, как его убили. Он говорил, что есть люди, которые желают ему смерти.
Броня невозмутимости мастера Шена дала трещину. Ясуо успел заглянуть туда лишь на миг, но то, что он там увидел, превосходило все его ожидания: он увидел надежду.
— Продолжай.
