Гостей пригласили на обед и теперь уже вся многочисленная семья угощала разносолами Агнессу и ее подопечных. Грибы моченые и соленые, ягоды крученые, морс кислый и сладкий, самые разнообразные овощи и пять сортов мяса. Старшие разлили по кружечке медовухи, младшим нахлюпали брусничный кисель. Агнессу усадили на почетное место, по правую руку от Валенсиса. Крепко сбитый мужчина лет сорока с короткими волосами и чисто выбритым лицом не забывал подкладывать вкусные кусочки, рассказывал смешные истории про местную живность и часто произносил тосты. После обеда выбрался на улицу и уточнил у Повитухи:
— Спешите куда или в баньку сходите?
— Не откажемся. В Туль собрались, но до него еще дня два ковылять.
— Скорее — три. Ураган недавно прошел, сухостоя на местных дорогах повалило ужас сколько. Поэтому лучше крюк южнее сделать. Там новую крепость ставить начали, по холодку как раз округу чистят и дрова запасают.
— Поняла, спасибо… Да, я тебе два кувшина с «крысобоем» привезла. Просушенный, на жарком огне прокаленный. Будешь в прикормку для растений добавлять, разбавлять не забывай.
— За это — спасибо! Сама видела, много у меня травок-муравок хороших растет и постоянно сорняки к ним подобраться пытаются. Только эта зараза и отпугивает.
Еще бы не отпугивала. «Крысобой» изобрели в монастырях, чтобы бороться с хитрыми хвостатыми тварями. Никто не знает, что именно мешали в закрытых чанах, но пасюки жрали приманки с заразой, не в силах справиться с искушением. И дохли через несколько часов. Стоили крохотные бурые кристаллы по золотому рейсхгульдену за унцию и на рынке у купцов отраву разбирали сразу, как выкладывали на прилавок. Где и как Агнесса добыла два полных кувшина — тайна, покрытая мраком. Впрочем, как и любые финансовые махинации Чумной Повитухи.
В баню Сестры пошли втроем. С удовольствием попарились, смыли дорожную пыль. Обычно молчаливая Франциска проворчала:
— Я видела их корову. Она в сарай почти не помещается. Больше дикого лося.
— Зато молока много дает, — усмехнулась Агнесса. — И я еще добавлю, что скверна на хуторе не водится. Просто местные с лесом в мире живут, умеют договариваться.
— Мы тоже умеем, — посмотрев на отмытую левую руку, Хулда подцепила пенное облако и начала намыливать правую.
— Мы умеем глотки кромсать и тех же лосей из арбалетов бить. А Валенсис их в телегу запрягает и в Страсбург мед с колбасами на торги возит.
— Это же к швабам, в такую даль!
— Зато можно по лесу туда и обратно, не встречаясь с мытарями и прочими нехорошими людьми. И тропки к его хутору каждый раз новые, чтобы чужаки не надоедали… Валенсис до беды егерем был. Только-только в должность заступил, как все и стряслось. Но не побежал с остальными с берегов Мааса, а у себя на хозяйстве остался. Вот, обжился по итогам. Хутор свой, лечебные травы выращивает. Пасека на соседней поляне, свиньи, козы. Корова, которая вас так удивила.
Сообразив, что Агнесса размякла и можно узнать что-то «только для своих», Франциска продолжила:
— У хозяйки шрам на левой лодыжке. Будто в капкан угодила.
— Глазастая ты, это хорошо. В жизни пригодится… Тересия из Дижонских оборотней. Стаю франки уничтожили, она сумела уйти. Валенсис в лесу подобрал, выходил. Через меня заговоренный крест жене смог достать, она теперь за собой следит и даже в полнолуние в зверя не перекидывается.
— Оборотень? Не волколак?
— Именно. Это вторые — измененные Тьмой твари. Оборотни обычно редко людей просто так трогают, только если за свою жизнь сражаются… Но именно из-за жены Валенсис рядом с городами и не стал селиться. Да еще бывший епископ лотарингский все пытался семью в колодки забить. Не нравилось жирному уроду, что лечебными снадобьями без его дозволения торгуют и мимо загребущих рук золото течет. А травки Валенсиса очень многим Сестрам и приграничным егерям жизнь спасли. Кстати, именно поэтому он в Страсбург и катается. Там его знакомые в страже служат и Братство там защищает от любых дурацкий претензий…
Ополоснувшись, Агнесса выглянула в предбанник, вдохнула терпкие запахи и обрадовалась:
— Так, мелочь. В простынь каждая обернулась и садитесь пиво пить, отдыхать. А я поддам чуть-чуть и мы уже с Тересией пропаримся как следует, чтобы шерсть дыбом стояла…
На утро Повитуха загрузила доберманов в машину, от души обожравшихся костей. Затем в объемный багажник были бережно уложены туески с медом, ягодами и одуряюще пахнущими колбасами.
— Хватит, хватит! Валенсис, мы же на пару дней всего, а ты снаряжаешь, будто зимовать едем… Значит, на обратной дороге мы севернее пойдем, вряд ли на огонек заскочим. Но на проводы зимы я в Страсбурге буду на ярмарке, там снова встретимся… Удачи!
Обнявшись со всеми, Агнесса забралась за руль. Сидевшие позади молодые Сестры вежливо помахали хуторянам. Похоже, девушки до сих пор пребывали в некотором смятении чувств — ходить в баню вместе с оборотнем! И ведь не расскажешь кому — засмеют.