Тимур отставил кружку и потянулся к занявшему угол стола смартфону – сразу же прикидывая в уме, не стоит ли его присвоить.
С одной стороны, Тимур прямо сейчас мог позвонить «своим». Сказать, где он, что с ним происходит, и главное – попросить о помощи.
Возможно – и не откажут…
Или набрать полицию. Или, что еще лучше, какое-нибудь оппозиционное СМИ…
Вдобавок смартфон – это выход в интернет и, следовательно, информация.
С другой стороны, а вдруг убийцы сумеют найти их – отследят по звонку или геоданным? Ведь, опять же, они не обычные убийцы…
Тимур решил, что забирать телефон – не самая лучшая идея. Позвонить он сможет с трубы прохожего или даже с таксофона – незачем так рисковать. С интернетом они тоже как-нибудь разберутся.
Но в устройстве могла храниться полезная информация – и стоило проверить.
Тимур дважды отстучал по экрану.
Вышло цифровое поле набора пароля.
Бинго. Жизнью управляет не мудрость, а везение – и Тимур определенно везучий.
Нет бы отпечаток, он бы не поленился и приложил палец убийцы. Так нужно было ставить чертов пароль… Будить и допрашивать убийцу Тимур не рискнет.
Он попробовал ввести «12345». Потом – четыре нуля.
Но не прокатило. Убийца не настолько дурак.
Тимур вздохнул: навороченный мобильник и источник драгоценной информации мигом превратился в фонарик с индикатором времени, батарейки и даты…
Даты… Тимур несколько секунд смотрел на сегодняшнее число.
Показывало шестое января. А резня в доме Турановых произошла вечером двадцать четвертого декабря, накануне католического Рождества.
Если телефон не врет – а это еще следует проверить, – то выходило, что с тех пор минуло уже тринадцать дней…
Что за черт?.. Как такое возможно?
Тимур почувствовал неприятный холодок. Тринадцать дней…
Он провел ладонью по подбородку и щекам.
У Тимура от природы быстрорастущая щетина – к вечеру уже такой длины, будто трехдневная. Он не любил волосатости на лице, поэтому брился ежедневно дважды – утром и на ночь. Сейчас Тимур был более-менее выбрит…
Затем он понюхал одежду и подмышки. Футболка, да и сам Тимур, обычно благоухали дымом кальяна. Ныне все воняло порошком.
А еще голова чистая – ее недавно кто-то мыл…
Если их держали взаперти тринадцать дней… Тимур никогда не слышал, чтобы заложников брили, одевали и мыли.
Все это выглядело донельзя странно.
С улицы донесся собачий лай. Тимур положил смартфон на место – и осторожно, как токсичную, обошел валяющуюся на полу бордовую вязанку.
Подступил к окну – отодвинул занавеску.
Все было не так. Здания похожи на пятиэтажки Ленинского проспекта – только вот улица значительно уже, а дома располагались вплотную, стенка к стенке, как в Британии. Честно говоря, даже не понятно, разные это здания – или одно, но раскрашенное под несколько.
Потом насторожили тотальная чистота, несвойственная городу N упорядоченность и экономность пространства.
И – уютность. Будто город создавали для удобства людей – редкое в России зрелище…
Затем Тимур обнаружил, что снега вообще нет. А прохожие слишком легко одеты для тридцатиградусной зимы…
И только тогда до него дошло, что – светло. Сейчас в городе N полярная ночь, а здесь – солнечно, как летом.
Это определенно не их дом.
И это все усложняло. Куда их увезли?
Тимур оглянулся проверить, как там Костя.
Со щеками красными и распухшими, как маринованные помидоры, Костя держался за правый висок и осторожно крутил головой – изучал окружение.
Еще не готов.
Ладно, дальше. Тимур подошел к дивану – сорвал покрывало.
Пусто, за исключением красивой вязанной куклы в очках.
Тимур склонился над раскрытым чемоданом. Второй кейс был на кодовом замке – и Тимур не стал тратить на него время. К тому же – тот был в три раза меньше по размеру.
Крышку первого с внутренней стороны резал широкий карман – и для начала Тимур залез туда.
Там лежали три европейских и два белорусских паспорта. Европаспорта были на Костю, Тимура и убийцу.
Убийцу звали Томас Зензё. Тимур с Костей в бумагах значились как Илья Никитич и Добрыня Попович. Томас был немец, а Тимур с Костей – белорусы. На Костю с Тимуром приходились и белорусские паспорта.
Тимур пролистал фальшивое удостоверение своей европейской личности.
– Что за хрень… – прошептал он.
Похоже, они очень крепко влипли – раз уж
Тимур положил паспорта на пол и затем бегло изучил содержимое чемодана.
По левой стенке друг за дружкой шли три пачки денег. Зеленые по сто евро, фиолетовые по пятьсот и голубые двадцатки.
Тимур вытащил пачки с ощущением, что такую сумму – ему никогда в жизни еще раз в руки не взять. Большим пальцем он прошелся по коротким ребрам – купюры зашелестели, издавая столь заманчивый звук исполняющихся желаний.
Сколько тут в рублях? Если прикинуть, что в каждой пачке банкнот по сто, то в ладонях Тимура лежало порядка шестидесяти двух тысяч евро. Тимур быстро подсчитал: в рублях это больше пяти с половиной миллионов…
Тимур вздохнул и покачал головой. Кратчайший путь к богатству – это презрение к богатству, верно?
За исключением тех случаев, когда находишь сундук, набитый золотом…
