— Ты спрашивал, какой смысл мне выдавать себя за предшественника? — начал Элестайл. — Мы просто не хотели выносить сор из избы. Диагноз, поставленный тобой Дагратдеру, отчасти верен, только опоздал ты с ним минимум на десять лет – именно столько Бордгиром уже правлю я. Дагратдера, в его последние годы, действительно стало заносить – и чем дальше, тем больше. Нет, он не отправлял вампиров на вольную охоту и не провоцировал войны с соседями ничем другим. Отрывался в пределах своего государства, постепенно наращивая тиранию. Мог отправить в тюрьму, подвергнуть публичному наказанию и даже казнить за малейшую провинность или же просто по причине своего плохого настроения. А следует отметить, что не в духе он пребывал практически постоянно. Не знаю, сколько бы короля-тирана терпели люди. Вампиры народ свободолюбивый, и долго терпеть самодура не стали. Поднялся мятеж. В итоге он был подавлен. Но это было уже после того, как мятежники расправились с Дагратдером. Повторяю, случилось это десять лет назад. Так что твоё предположение, будто я лишь прикидываюсь королём, скрывая от тебя нашего безумного монарха, неверно в корне.
— Понятно. Извини за недоверие. Однако о мятеже в Бордгире я даже краем уха не слышал.
— Естественно, не слышал. Как я уже сказал, огласке мы данный факт не предавали.
— Мда. Печально это, когда правитель перестаёт понимать своё предназначение и начинает путать данную ему власть со вседозволенностью. Но испытание властью выдерживают не все.
— Не думаю, что психика у него поехала от власти, — мрачно усмехнулся Элестайл. — В конце концов, он правил порядка ста сорока лет, а в тиранию впал лишь в последние годы.
— У тебя есть другая версия?
— Да. Дагратдер стал слишком увлекаться кровью. Нельзя пить её больше положенного. А он вовсе не знал меры, полагая, что чем больше пьёт, тем сильнее становится. Это действительно так, однако имеет такой вот паршивый побочный эффект.
Кейтала, хмурясь, вздохнул:
— Печально, конечно. Но на вопрос ты ответил. Теперь моя очередь.
Кейтала помолчал немного, а затем всё-таки начал рассказ:
— Пятьдесят лет назад погиб мой отец. Тогда это казалось трагической случайностью. Отец любил в одиночестве обозревать окрестности с верхней площадки самой высокой башни дворца. Никто не беспокоил его, пока он находился там. И как уж он умудрился однажды упасть оттуда, для всех осталось загадкой. В тот день был сильный ветер. Одни полагали, что это его порыв послужил причиной несчастья, другие думали, что отец зачем-то перегнулся через парапет, и в этот момент у него закружилась голова, третьи и вовсе предполагали самоубийство, хотя никто не видел предпосылок для него. Поговаривали также и об убийстве, однако свидетелей тому, что на башню поднимался кто-то ещё, не нашлось, и стража внизу утверждала, что король был один.
На этом несчастья не закончились. За несколько дней до моей коронации бесследно исчезла моя супруга. Я поднял на ноги всех, кого только было возможно, но поиски результата так и не дали. Я был в отчаянии! И тут ко мне пришёл дядя, младший брат отца, и сказал: «Есть сведения, что твою жену увезли в вампирском караване». Да, искать её среди предназначенных на корм преступников никому не пришло в голову. К моему ужасу выходило, что нагнать этот караван уже не представляется возможным.
— Тогда ты решил отправиться выручать жену, — догадался Элестайл.
— Да, я лелеял надежду выкупить её и ни о чём другом думать просто не мог. Я любил её больше жизни! Дядя поддержал мою идею отправиться за женой самому, сказав, что будущему королю Даманга вампиры скорее отдадут девушку, нежели его посланнику. Взяв с собой самых преданных мне людей, я немедля выдвинулся в путь.
Мы ехали без остановки день и ночь, меняя лошадей на почтовых станциях. В итоге, достигнув границы Бордгира, уже едва держались в сёдлах. Прочтя угрозу на указателе, остановились в замешательстве, не зная, что делать дальше. Погибнуть самому, так и не спася любимую – особого смысла я в этом не видел. Выжидать на границе неизвестно чего – вообще глупо. И всё же интуиция подсказывала не торопиться лезть на рожон. Мы решили передохнуть до рассвета, тем более что иначе бы просто попадали замертво от усталости, и разбили у дороги лагерь. А вскоре ваши появились сами. Я не стал что-либо объяснять стражам, а написал Дагратдеру письмо, в котором изложил суть своей проблемы и предложение выкупа.
