Гном достал платок и вытер самые настоящие, даже совсем не притворные слезы. И, наверное, именно это вынудило нас предпринять хоть попытку помочь. Это, а не тот факт, что гномья община на нас рассчитывает.
Всегда замечала, что после вкусной еды и горячего чая никакой мороз не страшен, а на душе тепло и хорошо, а все трудности кажутся такими решаемыми. Правда, Юрао со мной был не согласен:
– Что мы ему скажем? Императорская гвардия поступает стандартно – изолирует город. Это обычная практика.
– Мы объясним ситуацию, – предложила я.
– Думаешь, наследному принцу есть дело до какого-то обоза? – ехидно поинтересовался партнер. – Вот до тебя ему дело есть. Видать хочет отомстить Тьеру.
Почему Юрао сделал такие выводы, я даже не спрашивала – правильные ведь. К тому же на крайний случай у меня был способ заставить его высочество учесть требования торговцев.
– Ты чего такая суровая? – поинтересовался Юрао.
– Думаю, – сдержанно ответила я.
– А я вот что придумал, – воодушевленно начал дроу, – делаем так – просим аудиенцию у принца, входим, я тебя целую, появляется Тьер, мы выходим – Тьер выясняет ситуацию с наследником! Как тебе?
Возмущенно смотрю на Юрао и сама не могу понять, почему несмотря на возмущение, начинаю улыбаться.
– Ты согласна, да? – принял мою несдержанность за ответ дроу. – Прекрасно! Так и делаем!
– Юр! – воскликнула я.
Возница, исправно мчавший карету по темным уже улицам Ардама резко затормозил, обернулся и как рявкнет:
– Что?!
– Она сказала 'Юр', а не 'Прру', – пояснил ему дроу, – уважаемый, время.
Недовольный возница, сурово покосив на меня глазом, продолжил путь в заданном направлении.
– У возниц в последнее время обостренное чувство собственного достоинства, – пожаловался мне Юрао. – Они лишь два года как вытеснили лошадей с городского маршрута, но с тех пор не дай Бездна какой-нибудь клиент, забывшись, крикнет что-то вроде 'Тпру'…
Резкое торможение, искры по мостовой, и обозленная рожа возницы, разъяренным умертвием обернувшегося к нам.
– Что ты сказал?! – прошипел обозленный кентавр.
Но несчастный возница не знал, с кем имеет дело.
– Я рассказывал партнеру, что вы все беситесь, стоит кому-то, забывшись, сказать 'Тпру'! – возница мигнул огромными глазищами. – Время, любезный! – вновь напомнил дроу.
Кося то правым, то левым ухом, возница, уже значительно медленнее и настороженнее продолжил путь. Мы помолчали некоторое время, затем Юрао вернулся к разговору:
– Не поверишь – мы за эту зиму уже семь дел разбирали, по поводу избиения кентаврами своих клиентов. А сами возницы на обвинения, гордо отвечают 'Они оскорбили нашу честь и достоинство!'. Представляешь?
Я кивнула, поглядывая на стоящие торчком уши кентавра.
– И поневоле думаешь, что, несмотря на медлительность, лошади они лучше и безопаснее, и за оскорбление копытом меж глаз не засветят. А эти… Видишь ли их до глубины души оскорбляет выражение «Тпру»!
Зря он это сказал.
Сначала засвистели тормоза на колесах кареты, затем, кентавр затормозил копытами, опять выбив сноп искр из мокрой мостовой, а после, бросив дышло, развернулся к оторопевшим нам, и зарычал, недвусмысленно напомнив, что кентавры Приграничья в основной своей массе, далеко не травоядные.
– Ты, – прорычал возница, – сдохнешь, урод остроухий.
И Юрао обиделся. Все знают, что уши у дроу предмет даже словами неприкосновенный, так что Юрао сильно обиделся, и произнес:
– Повтори!
Кентавр, оскалившись острыми, прямо свидетельствующими, что он полукровка, зубами, прошипел:
– Остроухий!
– Криволапый, – не остался в долгу партнер.
– Урою, дроу, – зашипел кентавр, заставив меня отстраненно задуматься о качестве его крови, точнее, о том, кто у него в предках затесался.
– Повтори! – Юрао начал демонстративно закатывать рукава.
– Убью, урод остроухий! – с готовностью повторил кентавр.
– Вот и замечательно, – довольно и радостно произнес Юрао и раскатал рукава обратно. – Дэй, ты все слышала?
Молча кивнула.
– Прекрасно, свидетелем будешь, – обрадовал меня дроу, и, обернувшись к кентавру, представился: – Офицер Ночной Стражи Юрао Найтес. Поздравляю, вы только что имели глупость оскорбить представителя правопорядка!
Кентавр с перепугу начал пятиться назад, но Юрао такой поворот событий совсем не устраивал:
– У вас заказ, уважаемый. Нарушение правопорядка будут разбирать представители Дневной Стражи, а сейчас соизвольте продолжить путь, – ледяным тоном произнес партнер, и повернувшись ко мне, словно между прочим заметил:- У них еще три предупреждения, считай третье только что было слито. А потом вернуться коники, – мечтательно завершил он.
Мне на это сказать было нечего, я до недавнего времени из соображений экономии вообще услугами возниц не пользовалась.
– А чем плохи возницы? – поинтересовалась я, когда мы возобновили движение.
– Морды у них лошадиные, – посетовал офицер Найтес, а возница споткнулся.
– Юр! – укоризненно сказала я.
