Песок на мгновение перестал изображать поземку, после с некоторым возмущением прозвучало:
– Хорошо, «лорд Ночной Страж» и «госпожа Риате», но возница лжет!
– Бездоказательное заявление, – глядя в пустоту так, словно что-то видит, вмешался Юрао, – господин возница находится на службе конторы «ДэЮре», и его документы в данный момент в стадии оформления.
Возница выглядел не менее удивленным, чем я, и голос так же позволил себе усомниться:
– А вы… в этом уверены?
– Более чем, – Юрао демонстративно достал листок бумаги и карандаш, после чего обратился к вознице: – Как звать?
– Нухрр Быстрый, – поспешно ответил тот.
Писал Юрао тоже быстро, гораздо быстрее, чем успел разозлиться представитель императорской гвардии.
– Что за фарс?! – прошипел он.
– Никакого фарса, – Юрао деловито дописывал, – я, и мой партнер, являемся владельцами конторы частного сыска «ДэЮре», и мы только что… Дэй, распишись, – мне протянули листок, – приняли на работу господина Нухрра Быстрого. Все соответствует нормам законодательства.
Я поспешно расписалась, и свежесочиненный акт приема на работу Юрао протянул в пространство.
Когда лист был взят, на его желтоватой поверхности четко выделилась рука того, кто сейчас вчитывался в строки. Страшная, когтистая, испещренная черными трещинами желтая конечность.
– Юр, – прошептала я, – а ты его всего видишь?
– Не совсем, – партнер старался держаться уверенно, – он скрыт песчаным вихрем.
«Пустынник» – вновь подумала я.
А затем, решила все же спросить:
– Простите, уважаемый, – лист опустился, видимо меня были готовы услышать, – простите… а вы Пустынник?
Юрао странно на меня посмотрел, а в это время возница потянулся и осторожно отобрав у гончего лист, любовно погладив его, свернул и спрятал в нагрудном кармане – кажется, кто-то был очень рад подобному повороту событий.
– Откуда вы знаете? – страшный, словно скрежет по стеклу, голос гончего пробирал до костей.
– Действительно, откуда? – язвительно вопросил и Юрао.
– Лорд Тьер упоминал… – с трудом выговорила я, сама не понимая, зачем вообще это сказала.
В следующее мгновение произошло странное – песок, доселе видимый мне лишь как поземка, взметнулся вверх, чтобы закружившись вихрем опасть, открывая высокую, тощую фигуру давно усопшего, в рваных песочного цвета лохмотьях. У гончего видимыми оставались лишь глаза, сверкающие на черной коже, и руки неожиданно желтого цвета. И вот это жуткое создание, скрестив руки на впалой груди, задумчиво произнесло:
– Тьер, значит!
– Эй, – Юрао подскочил, словно загораживая меня от гончего, – а давайте без допросов.
Начинаю понимать, почему сболтнула про лорда директора.
– Сядь! – скрипучим, до такой степени скрипучим голосом, что хотелось закрыть уши руками, скомандовал Пустынник.
И партнер опустился на сиденье, судя по округлившимся глазам даже не ожидая от себя подобного.
– Так значит все-таки Тьер, – проговорило чудовище, в развивающихся без ветра призрачных лохмотьях.
А после, повернув голову ко мне, уже намного более приятным голосом, Пустынник спросил:
– С какой целью вы направлялись к его императорскому высочеству, госпожа Риате?
Я испуганно посмотрела на Юрао, дроу тихо посоветовал мне:
– Рассказывай.
И я рассказала об обозах корпорации сети кондитерских Меллоуин, и о том, что их задержка грозит финансовыми потерями, и даже про то, что к принцу гномы уже обращались с просьбой, но их даже не соизволили выслушать до конца… Меня прервали странным вопросом:
– Какое отношение вы, госпожа Риате, имеете к данным обозам?
Вновь посмотрев на Юрао, я честно ответила:
– Контора частного сыска «ДэЮре» ведет дела гномьей общины и…
– Достаточно, – песок начал окутывать жуткую фигуру Пустынника, – я понял главное – это важно для вас, госпожа Риате, а значит, ваша просьба будет исполнена.
И все. И даже песчаная поземка исчезла.
А потом, пока мы в некотором оцепенении продолжали сидеть в карете без крыши, припорашиваемые мокрым снегом, открылись главные городские ворота и по дороге потянулись опечатанные обозы, с торговой маркой «Мелоуин» на бортах быстроходных телег. А за ними телеги рыбного ресторана «Остера», корпорации «СтальГор», и еще, и еще…
– Странность заметила? – напряженно спросил Юрао.
Молча и отрицательно машу головой.
– Пропустили только обозы, принадлежащие гномьей общине… – сообщил партнер.
Возвращались мы в контору в мерцающей магией карете, потому что Юрао, промокнув окончательно, все же решил пойти на нарушение закона и натянул над искореженным потолком магический навес. Говорить ни о чем не хотелось – действительно вымотались за день.
– Мне еще на службу, – грустно вспомнил Юрао.
– У меня домашняя работа, – не менее грустно сказала я.
– Поспать бы, после горячей ванной, – дроу потянулся. – А мы с тобой сегодня молодцы!
– Да, – я широко зевнула.
Хитро взглянув на меня, Юрао проникновенно спросил:
– Так что у тебя с Тьером?
– А что у тебя с Эрхой? – в тон ему ответила я.
– Не спрашивай, – дроу мгновенно помрачнел.
– Вот и я о том же, – и ощущение, что сразу стало в десять раз холоднее.
