— Ты не совсем права, Эмма. Никаких
Мы с Морвином рассмеялись.
И все ж на душе было муторно. Как он собирается лечить больной магический источник без меня? Усмирять сумасшедший Ирианар?
Потянулись унылые, отвратительно одинокие дни в Храме Хаоса, которые не могла скрасить болтовня Ти.
Морвин говорил, что до архипелага, где притаился дремлющий вулкан, примерно два дня пути. Значит, он уже должен прибыть на место.
И Ти меня успокаивала, что все будет хорошо, что Морвин самый сильный огненный маг этого мира, я же видела, как густо покрывает его тело магическая татуировка — такой больше ни у кого нет… Кому, как не ему, усмирять взбесившийся источник огненной магии…
Но у меня все равно сердце было не на месте.
И наконец, вечером второго дня в него будто тупую иглу вогнали.
Что-то не так! Что-то совершенно точно пошло не по плану.
Как раненая тигрица, я мерила шагами предоставленные мне гостевые покои — просторную комнату неправильных очертаний, вырубленную прямиком в темной скале. Поглаживала живот по привычке. Думала.
Потом встала, как вкопанная.
— Ничего, малыш. С нами все будет хорошо. У мамочки есть надежная ледяная защита. А у папы твоего нет. Мы ему должны помочь.
Я посмотрела за каплевидное окно, за которым кроваво-алый местный закат раскраивал небосвод и угрожающе скалился на меня. Нет, как-то мне не очень хочется, чтобы мой малыш родился здесь. Надо скорее домой. Смертельно соскучилась по родителям, умираю как хочу увидеть Джен. Она к свадьбе готовится, она будет самой хорошенькой невестой на свете. Но прежде, чем уйти, мы обязаны починить оба наших мира, иначе очень скоро общая проблема искорежит и погубит природу и у меня дома тоже. А я не хочу, чтобы мой малыш удивлялся, что такое дождь, или видел зверей лишь на картинках! Я хочу, чтобы весной он смеялся распускающимся персиковым деревьям.
— Тушкан! Я знаю, что трудно. Но ты обязан меня услышать. Ты мне очень, очень, очень сильно нужен! Иди сюда, меховая зараза!
Я звала, и звала, и звала — срывая горло, в отчаянной, совершенно безумной надежде. Пешком я не успею. Просить у Ти артефакт перехода до Ирианара бесполезно — она мне ясно дала понять, что собирается беречь меня до возвращения Морвина, как зеницу ока.
Значит, придется справляться своими силами.
И вот, когда я уже почти не надеялась, с черного потолка под возмущенный стрекот мне под ноги сорвалась сиреневая светящаяся тушка.
Мягко спружинив, он вскочил на лапы и принялся нервно оглядываться. Теперь только бы не спугнуть! Только бы…
Очень осторожно я подобралась к нему и взяла на руки. Гладила мягкую шерсть, чесала за ухом. Нашептывала, что я от него хочу. Пыталась как могла визуализировать образы места, о котором Морвин так много рассказывал.
Тушкан посмотрел на меня, как будто сомневался в моем умственном здоровье, и я поняла, что он уловил, куда мне надо. Неплохо изучил этот мир за время своих бедовых путешествий. Я усилила нажим и еще настойчивее принялась донимать его образами из своей головы.
Из мира в мир мой маленький друг когда-то отказывался меня переносить. Но в пределах одного мира ведь перемещаться легче! У него должно получиться.
И он в конце-концов поддался моим уговорам.
Желудок подпрыгнул к горлу, меня едва не стошнило, когда окружающее пространство быстро-быстро завертелось.
А потом в лицо пахнуло нестерпимым жаром, и я едва успела распахнуть Сферу и наколдовать слой магического льда под ногами. Он с шипением таял, я снова подновляла и, в конце концов, смогла добиться сверхнизкой температуры, которая позволяла льду хоть немного держаться без моего постоянного внимания.
Тушкана, обессиленного и едва светящегося, уже рядом не было. Я подняла голову и огляделась, откашливаясь от противного запаха серы и дыма в воздухе.
Я стояла в пещере с низкими сводами, впереди маячил округлый выход с кроваво-алым клочком неба, по которому тянулись полосы черного дыма. Я скорее побрела на свет.
