– Боже… – Андрей отпустил руки Василевской и грубо оттолкнул ее от себя. – Звучишь как умалишенная, – прошептал себе под нос, поправляя рубашку. – Я ее свел.
– Свел? Ты ее обожал! Хвастался, что вновь утер отцу нос. – Василевская нервно провела по волосам, убрала прядь за ухо. – Хочешь сказать, что просто взял и изменился за два года? Настолько? У тебя поменялись вкусы, судя по твоей внешности. Да ты… ты даже разговариваешь совсем иначе. Открываешь рот – и словно другой человек.
– Люди меняются.
Андрей с тихим вздохом оттолкнулся от двери, сделал пару шагов вперед, обогнул Василевскую, едва касаясь ее плечом. Спиной он чувствовал пристальный взгляд, выжигавший кожу до самых костей. Но так было чуть легче. Андрей мог лишь догадываться, как выглядел со стороны, ведь контролировать эмоции становилось все сложнее. Особенно в этот момент, оказавшись один на один, лицом к лицу. Андрей не знал, как себя вести и что говорить. Мечтал лишь о том, чтобы Василевская ушла, пока он еще был способен на хорошую мину при плохой игре.
– Аверьянов!.. – привычно тихий и ровный голос Василевской сорвался на сдавленный крик.
Андрей вздрогнул от собственной фамилии, произнесенной вслух. Он не слышал ее уже так долго, что на мгновение она показалась совсем чужой и такой неподходящей для него. Воспоминания накрыли темной холодной волной, словно Аверьянова окунули в чан с ледяной водой и удерживали под поверхностью, не позволяя вобрать в легкие больше воздуха. Пальцы непроизвольно сжались в кулаки.
– Знаешь, когда я впервые тебя увидела, то подумала… ох… – Василевская нервно сглотнула, – ничего себе, как похожи! Но любопытство было так велико, что я стала приходить чаще и наблюдать издалека. Благо проблем не возникало. Отец был моей инициативе несказанно рад. – Горькая усмешка сорвалась с губ Василевской. – Но нужно быть полной дурой, чтобы не увидеть очевидного.
Меж стиснутых пальцев стало неприятно влажно, сердце глухо и тяжело забилось в груди, а во рту предательски пересохло. Внутренности словно сжали холодными руками, выворачивая… вырывая. Аверьянов не шевелился. Замер безмолвной куклой, не решаясь развернуться и встретить осуждающий взгляд васильковых глаз.
– Ты вел себя тихо, достаточно незаметно, но к тебе все равно придирались другие ребята. – Василевская сделала осторожный шаг вперед, но, заметив, как явственно напряглись плечи Аверьянова, остановилась. – У тебя была дурная привычка: оттягивать рукава, чтобы спрятать кисти. Вот… как сейчас.
Аверьянов и не заметил, как стал расковыривать швейную строчку на расстегнутых манжетах, теребить пуговицу и прятать костяшки под тонкой тканью. Слова Василевской подействовали мгновенно. Андрей торопливо спрятал руки в карманах брюк. Шумно выдохнул носом, крепче стиснул челюсти.
– Я видела и тебя, и Богдана. Вы похожи, но совершенно разные. Послушай, – Василевская дотронулась плеча Аверьянова, но тот резко дернулся. – Я просто волнуюсь, понимаешь? Сначала он воспринял все в шутку. Но спустя несколько месяцев связался со мной и рассказал о тебе. О том, что он узнал. Богдан был взбешен и растерян. Я… я предлагала ему встретиться с тобой и поговорить. Но он очень разозлился на меня. С тех пор мы не разговаривали. Я звонила, но…
Андрей горько усмехнулся. В голосе Василевской было столько тепла и заботы по отношению к его брату, что стало нестерпимо мерзко и больно. Неужели он того заслуживал? Вспоминая образ Богдана и все те слова, что сорвались с его уст в то утро, Аверьянов сильно сомневался в этом.
– Ему совсем не повезло в жизни, – вкрадчиво произнесла Василевская. – Отец никогда не любил его, а мать… – Соня осеклась. – Мачеха умерла, когда он совсем младенцем был. Ему было одиноко. Ему был нужен кто-то такой, как ты. Понимаешь?
– Не повезло?! – Аверьянов резко развернулся, не в силах более сдерживать гнев. – С чем ему-то не повезло?! Чертов ублюдок жил с серебряной ложкой в заднице. И ты
– Все не так, как может показаться на первый взгляд. Он хороший п…
– Хороший?! – Аверьянов стремительно подошел ближе и схватился за ворот рубашки Василевской. – Я знал его не больше часа, но услышал от него столько дерьма, словно я ему жизнь сломал! Словно он ненавидел меня все свои гребаные годы! Но это не он жертва, ясно?! Не он, а я! – Аверьянов лихорадочно бегал глазами по испуганному лицу напротив. – Высокомерный ублюдок…
– Тебе стоит узнать его ближе и…
– Поздно! – Аверьянов разжал пальцы и зашептал, словно в бреду: – Ближе червей в сырой земле его уже никто не узнает.
– Ч-что?..
Андрей замер, невольно касаясь пальцами своих губ. Слова сорвались так просто и легко, что до его воспаленного сознания не сразу дошел их смысл. Василевская смотрела на него широко распахнутыми глазами и спустя мгновение рьяно замотала головой.
– Шутишь… – Василевская попятилась. – Не может быть… Я срочно должна связаться со Станиславом Иг…
