— Для начала прими душ, если собираешься напасть на меня. Ты не первая, кто пробует действовать таким образом, — выдыхает она, выстраивая в ряд бутылки с туалетными принадлежностями на полочке рядом с душем.
Я подумываю о том, чтобы атаковать ее вопросами, пока она не даст мне какую-то информацию, с которой я смогу работать, но понимаю, что в ее ответах, скорее всего, будет мало правды. Судя по всему, она пробыла здесь достаточно долго, чтобы видеть, как приходят и уходят другие женщины. Но, сдержаться не так-то просто, поэтому я все равно решаю попытать удачу.
— Что-нибудь еще, что мне следует знать?
— Прими душ, и мы поговорим, — отвечает Стар и протягивает мне белое полотенце.
Перспектива возможного разговора лучше, чем ничего. Стар сидит в кресле и смотрит на книгу, которую я изначально даже не заметила. Я могла бы ударить ее по голове маленьким столиком, стоящим рядом со мной, и попытаться сбежать, но логика подсказывает мне, что за мной слишком пристально наблюдают.
Я встаю под струю теплой воды и зажмуриваюсь. Может быть, если достаточно постараться, я смогу представить, что нахожусь под душем в доме Джордана.
Я очищаю кожу почти до скрипа с помощью потрясающе сладкого геля для душа и дважды использую шампунь и кондиционер. Время от времени я поглядываю на Стар, которая, кажется, даже не интересуется мной. Когда я выключаю воду, из крана просачивается несколько капель. Я заворачиваюсь в полотенце и неловко стою, ожидая, пока Стар скажет, что делать дальше. Когда становится очевидно, что она слишком углубилась в чтение, чтобы обращать на меня внимание, я откашливаюсь.
— Блядь, ты меня напугала, — вздрагивает она, захлопывая книгу.
Кажется, эта ненормативная лексика ей не свойственна, и мне почему-то хочется рассмеяться. Она откладывает книгу в сторону и подходит к одной из вешалок для одежды.
— Хочешь что-нибудь выбрать? Ты спокойнее остальных.
Я принимаю ее предложение и на цыпочках подхожу к стойке. Ни одна из так называемых экипировок не позволит мне спрятать оружие, если я его найду.
— Для чего я одеваюсь?
— Ужин, — твердо отвечает Стар.
— У тебя есть что-нибудь… потеплее? — спрашиваю я, позволяя своему взгляду скользнуть по ее джинсам и свитеру.
Что-то меняется в поведении Стар.
— Нет. Нет. Нет. Я заслужила свое право на ношение такой одежды. Кроме того, они уже закончили осматривать мое тело. Выбери что-нибудь и поторопись.
Решив не злить ее, я выхватываю со стойки вариант, который выглядит лучше всего. Черное мини-платье длиной до середины бедер с глубоким декольте.
— Нет нижнего белья?
— А ты как думаешь? — в ее тоне слышится сарказм.
От этих слов у меня сжимается желудок.
— Давай сделаем тебе прическу, — смягчаясь, предлагает она.
Я сижу смирно, пока Стар сушит и расчесывает мои волосы. Она двигается методично и уверенно, как будто делала это сотни раз, и вполне возможно, что так оно и есть, если ее упоминание о «других» является каким-либо признаком.
— Есть ли что-нибудь, что мне следует знать об этом ужине?
Проходит несколько минут, прежде чем она отвечает, не отрывая взгляда от моих волос.
— Не говори ни слова. Не притворяйся.
Это все, что она говорит, прежде чем берет одну из моих рук, нанося лак телесного цвета на каждый ноготь. Я больше не задаю вопросов, а она больше не дает советов. Закончив маникюр, она подводит меня к стеллажу с обувью. Я выбираю простую черную пару, каблук которых на несколько дюймов ниже других вариантов. Если у меня будет возможность сбежать, я не хочу тратить время на возню с обувью.
Нервы натягиваются все сильнее, когда меня выводят из ванной в зону отдыха, похожую на помещение для бесед эпохи семидесятых. В комнате сидят мужчины в масках, и все одним плавным движением обращают свое внимание на нас. Один из них приближается к нам в ужасающей волчьей маске на лице.
— Джентльмены, пожалуйста, поприветствуйте наш новый аукционный лот, — торжественно произносит он и берет меня за руку, но я тут же выдергиваю ее обратно. Это только заставляет его рассмеяться. — Как видите, она настоящая бомба.
Я поворачиваюсь, чтобы расспросить у Стар что происходит, но она уже уходит. Волк подводит меня к небольшой круглой платформе посреди комнаты и толкает в сидячее положение. Звук разбивающегося стекла привлекает всеобщее внимание к бару в дальнем углу, где стоит Стар. На стойке перед ней выстроена дюжина стаканов для виски. Ее руки дрожат, когда она смотрит на разбитую бутылку на мраморной столешнице.
— Ты чертовски бесполезная, знаешь это? — рявкает один из мужчин и бросается к ней, хватая за запястье и толкая в потертое бежевое кожаное кресло.
Глаза Стар расширяются, когда двое мужчин в масках орла и льва удерживают ее.
— Пожалуйста, прошу прощения! Больше этого не повторится! — ее мольбы вызывают у меня тошноту.
