«Тарковский хотел, чтобы Солоницын целиком принадлежал его кино и театру. Поэтому, увидев его поправившимся, возмутился: „Толя, что с тобой происходит? Я тебя не узнаю. Ты мне не нужен с такими килограммами“. А потом вызвал Солоницына „на ковер“ и откровенно спросил, что у него за роман. И Толя ответил: „Это не роман. Я встретил своего человека и женюсь. У меня будет семья“».
Свадьбу справляли в Люберцах — в комнате коммунальной квартиры, до той поры принадлежавшей бабушке Светланы и где теперь, благодаря родственному обмену, совершенному невестой, предстояло жить молодым. Кайдановский помогал другу переезжать и, увидев «хоромы», вздохнул: «Куда же ты опять попал!» Но Солоницын радовался: «Зато свое!»
