Их было четверо: двое - ровесники Инди, один немного младше, один постарше. Двое были черноволосы и темноглазы; Инди сразу понял, что они фарийцы по происхождению - только никогда раньше он не видел таких красивых фарийцев. Ещё один мальчик был светловолосый, но при этом обладал глазами такими же тёмными, как у фарийцев - цвета горячего шоколада. Он был самым младшим, и смех его звучал громче и непринуждённее, чем у других мальчишек. У самого старшего волосы были не просто светлые, а белые, как будто выгоревшие на солнце, а глаза - яркой, изумрудной зелени, отливавшей бирюзовым. У всех мальчишек были тонкие и правильные черты, все они были прекрасно сложены - и ни один в подмётки не годился Тхану. Инди подумал об этом с внутренним восхищением, следя за мальчиками, высыпавшими на середину дворика и рассевшимися вокруг фонтана. Они его всё ещё не заметили, и он был счастлив по этому поводу - ибо сейчас особенно остро ощущал свою неказистость. Не то чтобы она огорчала его, напротив - тем лучше, что он столь же ничтожен в сравнении с этими мальчиками, как и сами они в сравнении с синеглазым красавчиком Тханом. Это почти гарантирует Инди полное равнодушие Бадияра-паши - а больше ему и не надо было.
- И тогда я ему говорю: спорим, я ударю тебя по лицу, и мне за это ничего не будет, - громко рассказывал беловолосый мальчик, а остальные слушали его с жадностью детей, собравшихся вечером у ног сказочника. - Он, конечно, не поверил, что я осмелюсь, засмеялся. И тогда я вмазал ему вот так, по самой переносице... - он стиснул руку в кулак и легонько стукнул им по носу мальчика, сидевшего к нему ближе всех. Тот отпрянул и тут же захихикал, а двое других ахнули, словно женщины.
- Да ты что?!
- Нет, правда?
- Не может быть!
- Может, - снисходительно сказал беловолосый. - Завтра сами увидите.
- Но что же владыка?!
- А что владыка? - юноша пожал плечами, но голос всё же понизил. - Дайрар всё равно не посмеет сказать ему, кто его ударил. Соврёт, что навернулся с лестницы. Ведь всем известно, какой он трус.
- А если всё-таки скажет? - продолжал любопытствовать светловолосый мальчишка. - И владыка велит тебя... ну... - он сделал какой-то многозначительный жест, смысла которого Инди не понял, но наверняка это означало какое-то изощрённое наказание. Беловолосый в ответ лишь фыркнул.
- Так что из того? Всё равно - лишний способ привлечь его внимание. И пока он станет делать это со мной, Дайрар будет прикладывать лёд к своему опухшему носу, всеми забытый. Понял? - спросил он молчаливого чернявого мальчика, что сидел у его ног, и весело, хотя и, вероятно, чересчур сильно щёлкнул его по носу. Мальчишки снова зашлись смехом. Инди слушал их, обмирая. Что-то совсем ему не нравились их разговоры, и вряд ли он смог бы разделить их веселье. Надо было убираться, пока его не обнаружили. Он привстал и тихонько, стараясь держаться тени, стал пробираться к двери, ведущей в комнаты. Он преодолел больше половины пути, когда беловолосый вдруг вскинул голову, щуря свои изумрудные очи, и сказал:
- А кто это там крадётся? Новый раб, что ли? Эй, ты! А ну иди сюда!
Его голос звучал жёстко и властно, но не было в нём и тени той царственной надменности, которая так оскорбляла Инди, когда он находился рядом с Тханом. Тот вёл себя так, будто в самом деле был выше других - беловолосый же как будто кичился чем-то, чем на самом деле вовсе не обладал, и сам об этом знал превосходно.
Тем не менее было поздно - и глупо - прятаться от него. Инди сжал зубы и обернулся.
Презрительная улыбка на лице беловолосого застыла, а потом совсем исчезла. Трое других мальчишек обернулись и тоже посмотрели на Инди.
В полном молчании пятеро мальчиков глядели друг на друга в тишине дворцового дворика. Затем, как показалось Инди, вечность спустя, беловолосый вновь улыбнулся, куда менее весело, чем прежде.
- Ах вот кто тут у нас, - протянул он, не двигаясь с места и крепко держась обеими руками за бортик фонтана. - Это же, если глаза мне не врут, наш маленький Аль-шерхин. Тот самый Аль-шерхин, которого мы ждали так долго... тот, кому мы обязаны тем счастьем, что ныне Гийнар-бей опекается нами.
Он говорил совершенно серьёзно, без тени издевки - но Инди ясно видел, что слова эти обращены не к нему, а к другим мальчишкам. И лишь только беловолосый смолк, красивые их лица исказила такая ненависть, что Инди затрепетал. Он помнил предостережения Тхана, но, идя сюда, понятия не имел, что, едва переступив порог гарема, ещё не увидев Бадияра-пашу, уже наживёт себе здесь врагов.
- Ну-ка подойди поближе, - продолжал беловолосый. Его приближённые - а иначе Инди других мальчишек уже не воспринимал, - сбились вокруг него в кучку, словно злые крысята вокруг вожака, готовые по первому его сигналу кинуться на добычу и растерзать её. - Иди, мы поглядим, в самом ли деле ты так уж хорош.
