- Тогда для начала покажи этому глупому мальчику, что этот феллар не так уж велик, как он утверждает, - улыбнулся паша и откинулся во мрак, полностью предоставляя Инди и Тхана друг другу и как будто приготовившись насладиться зрелищем. Феллар, подумал Инди, это то, что я сейчас держу в руках.
- Дай его сюда, - сухо сказал Тхан, протягивая руку. Его взгляд был, как всегда, совершенно непроницаемым. Инди, конечно, не надеялся, что он ослушается приказа паши, но у него всё ещё не укладывалось в голове то, что он собирался сделать. Происходящее - дурной сон, подёрнутый чадом факелов, алым пламенем, прорезающим тьму, и маревом зелёного дыма. Инди не шевелился, не мог шевельнуться, и Тхан, подступив к нему, забрал феллар из его руки и, не оборачиваясь, чётким холодным движением передал через плечо рабу. Он не будет, вне себя от счастья подумал Инди. Он отказывается делать это! Он тоже...
Прежде, чем он довёл мысль до конца, Тхан шагнул к нему ещё ближе, почти вплотную. Он был полностью одет - в тунику и короткие облегающие штаны, на ногах у него были сандалии, шнуровка обхватывала голень до колена. Он легонько толкнул Инди в плечо, заставляя отступить на шаг. Инди от удивления сделал движение, которое от него требовалось, глядя на Тхана с непониманием. Тхан наступал на него, неотрывно глядя в глаза, гипнотизируя взглядом, и толкал в плечо мерными сильными толчками, заставляя пятиться, пока Инди не наткнулся на что-то и не вынужден был остановиться.
Только когда Тхан схватил его за плечо и дёрнул, заставляя развернуться, Инди понял, что перед ним - та самая тумба посреди зала, назначения которой он сперва не мог понять.
Миг - и он лежал на этой тумбе животом, лицом вниз, и ноги его были широко раздвинуты коленом Тхана, вонзившимся между них. Инди ахнул и попытался повернуться, но рука юноши схватила его плечо и с силой надавила на него. Шелковистые чёрные пряди лизнули его голую спину, потом шею, горячее дыхание обожгло его кожу.
- Не сопротивляйся. Лежи тихо. Так будет легче, - прошептал Тхан ему в самое ухо и резко выпрямился, заламывая руку Инди за спину. Инди коротко вскрикнул, больше от неожиданности, чем от боли, и вздрогнул, когда ладонь Тхана сдавила его ягодицу, так крепко и так больно, что лицо Арджина мгновенно всплыло перед его широко распахнутыми, уставившимися во тьму глазами.
- Чего он там верещит? - недовольно спросил Бадияр, и Тхан, не выпуская Инди и не оборачиваясь, ответил:
- Он сейчас замолчит, о владыка. Клянусь тебе, он будет вести себя тихо.
Не кричать... Только не кричать - сам Тхан сказал Инди об этом, провожая в неизвестность, оказавшуюся хуже любого кошмара. Ибо тот, кому он верил, кому почти что начинал доверять, сейчас выламывал ему руку за спину и мял его попку жёсткой ладонью, вжимая животом в скользкий пурпурный шёлк...
Тхан помедлил ещё немного, потом отпустил его руку. Инди с беззвучным стоном подтянул её к груди и упёрся ладонью в тумбу, пытаясь нащупать ногами опору. Тумба была чересчур высока для него, и он висел, не доставая носками до пола. Он заёрзал, пытаясь устроиться хоть чуточку поудобнее, и застыл, когда чужие холодные пальцы прихватили и отвели в сторону одну из его ягодиц, а другие вонзились в него, решительно и жестоко, так, что он вздрогнул всем телом.
- Ну? Что скажешь? - голос Бадияра звучал деловито и без особого интереса. - Он примет?
- Примет, о владыка, - голос Тхана у Инди за спиной был точным отражением голоса паши, а пальцы его мерно шевелились в теле Инди, растягивая ему плоть изнутри - Примет ещё и не такое...
Владыка явно был доволен ответом, и Инди услышал шаги - раб подошёл к ним, чтобы передать Тхану феллар. Он сделает это, с внезапным ужасом понял Инди, задыхаясь и больше всего на свете мечтая оказаться за тысячу миль отсюда. Он правда собирается проткнуть меня этим! Ему всё равно, что я почувствую, всё равно, что я не выдержу и умру - он выполняет приказ своего хозяина. Нашего хозяина. Он должен это сделать, а я должен лежать смирно и терпеть...
Но я ведь не смогу!
- Не надо, - взмолился он, пытаясь перевернуться и вытолкнуть из себя эту холодную руку. - Не надо, пусти...
- Ширгун, крепления, - вполголоса сказал Тхан. Глухонемой раб умел читать по губам - Инди понял это позже, когда смог думать о произошедшем. А тогда он даже опомниться не успел, как его руки оказались вытянуты вперёд, к противоположному краю тумбы, и крепко схвачены широкими кожаными ремнями, притянувшими их к дереву. Он дёрнулся, тщетно пытаясь высвободиться, а раб тем временем закрепил такими же ремнями его лодыжки. Инди оказался распластан лицом вниз, с широко расставленными ногами, не касающимися пола. Пальцев Тхана больше не было в нём, но сам он был здесь, стоял позади, и Инди не видел его, не мог восторгаться его удивительной красотой, и ощущал лишь холод, бесконечный холод, которым веяло здесь от стен и от людей. Он снова дёрнулся - и заплакал, от боли и горя, чувствуя себя так, как будто его жестоко предали.
