— У Лоры это тоже было, так что все сходится, — сказал Майло.
Я затормозил перед полицейским участком как раз в тот момент, когда лейтенант вышел из дверей и отправился прогуляться.
— Сколько физической активности, — заметил я. — Я начинаю волноваться за тебя.
— Просто послеобеденная прогулка неспешным шагом, — отозвался он. — Когда я чувствую себя бесполезным, стены давят на меня. Сегодня утром ты, наверное, устроил себе пробежку миль в пять.
Мы шли все мимо тех же зданий, но на этот раз небо так и оставалось серым, воздух был густым и душным.
— Полиция аэропорта нашла «Лексус» Вандера на долгосрочной стоянке, но мы не обнаружили никаких свидетельств того, что Хак куда-то улетел, — сообщил Майло.
— Старейший из классических трюков.
— Мы с молодым Моисеем на всякий случай прочесали ближайшие отели и мотели. Потом проверили все модные местечки от Сан-Франциско до Санта-Барбары в поисках Вандеров. Проверили также частные чартерные рейсы. Ноль результатов по всем направлениям. Как будто какой-то дикарь вышел на охоту за всеми подряд, а потом куда-то скрылся.
— Четыре убийства с сексуально-садистским мотивом, развлечение с костями трех из жертв, — стал перечислять я. — Потом Дабофф, потом Вандеры… Трудно усмотреть что-то общее.
— А оно должно быть? — огрызнулся он. — Этот придурок в Канзасе убивал женщин, мужчин, детей, всех, кого находил в доме. То же самое касается Рамиреса, Зодиака и всех прочих, бла-бла-бла.
— В этих случаях мужчины были случайными жертвами.
— То же самое может быть и здесь. Как насчет такой теории: Хак работал на Вандера три года и положил глаз на Надин. Но прежде чем подкатить к ней, ему надо избавиться от ее муженька и отпрыска.
— Он сумел заманить их из Азии обратно в Штаты?
— Придумал какую-нибудь ложь, чтобы заставить их вернуться. У таких людей все должно быть под контролем, верно? Ты можешь придумать более крутую игру во власть, чем передвигать богатых людей туда-сюда, словно шахматные фигуры? Мы копаем насчет Селены, он понимает, что это лишь вопрос времени, и скрывается.
Я обдумал это.
— Их заставило бы вернуться какое-нибудь несчастье в семье. Допустим, если б Симона заболела или покалечилась. Саймон и Надин верили Хаку, у них не было причин перепроверять его слова. Но как во все это укладывается Дабофф?
— Когда прищучим Хака, тогда и узнаем. Давай смотреть правде в глаза, Алекс: если отбросить все дерьмо, то не останется вопроса о том, кто это сделал. Основной подозреваемый был у нас под носом с самого начала — ему было о чем париться.
Десять шагов спустя Майло добавил:
— Одному богу ведомо, что делал Хак в те годы, когда скрывался где-то — до того, как Вандеры наняли его. Так что, конечно же, он отплатил им на свой метафизически последовательный манер.
— Плохой поступок, — заметил я.
— Возьму это девизом, — отозвался Майло. — Нехорошо связывать людей, убивать их, выбрасывать, точно мусор, и оставлять гнить.
— Слишком длинно для наклейки на бампер.
По телеканалам тридцать четыре раза показали фотографию Эдварда Т. Хакстадтера, он же Трэвис Хак.
Майло и Мо Рид потратили на бесплодные поиски два дня.
Человек, который работал в тюрьме для несовершеннолетних, когда там сидел Хак, сообщил Риду, что от Хака ему «всегда было не по себе. Он постоянно плакал по какому-нибудь поводу, но у него были такие глаза…».
— То есть? — уточнил Рид.
— Хитрые, понимаете? Как будто он что-то замышляет. Я ни за что не выпустил бы его на волю.
— Он сделал что-нибудь плохое за время своего пребывания в тюрьме?
— Насколько я помню, нет. Ну и что, все равно я был прав. Такие типы любят затаиться где-нибудь и выжидать, словно змеи.
В списках платежей за билеты на поезда и автобусы, покидавшие Лос-Анджелес, имени Хака не было, однако если он заплатил наличными, то мог без труда ускользнуть. После некоторых юридических обсуждений Бадди Уэйр дал разрешение на то, чтобы «Лексус» Вандеров осмотрели в транспортной полицейской лаборатории.
— Но прошу вас, лейтенант, не причините никакого ущерба. Я не хочу, чтобы Саймон и Надин по возвращении домой обнаружили нечто подобное.
* * *
Никто не обратил внимания на убийство Силфорда Дабоффа, но я не мог отделаться от мыслей об этом происшествии. Позвонив Альме Рейнольдс, я послушал длинные гудки в трубке.
Автоответчика у нее не было, и она хвасталась, что ни у нее, ни у Сила сотовых телефонов не имелось. Возможно, не было также ни компьютеров, ни телевизоров; я гадал, узнала ли она вообще о поисках Трэвиса Хака.
С преподавательской должности в колледже Альма уволилась, о какой-либо другой работе не упоминала. Я позвонил Майло — проверить, не указан ли в ее файле номер рабочего телефона. Лейтенант был в аэропорту, просматривал списки отбытий, и я решил поговорить с Мо Ридом.
— Дай проверю, — сказал он. — А, вот, врачебный кабинет, Западный Лос-Анджелес. И что, по-твоему, она может тебе сказать?
— Вероятно, ничего.
— Ты часто оказываешь помощь лейтенанту, да?
— Когда он просит.
— Он просил тебя проверить Рейнольдс?
— Иногда я импровизирую.
— Ага, — подтвердил Рид. — Он мне говорил.
* * *