- Нашёл, нашёл ... - забубнил Вард. Он вскочил на ноги с развёрнутым пергаментом, завертелся на одном месте, осматривая затухающий горизонт. - Та-ак, где у нас запад? Вот у нас запад, значит, в той стороне север, а там юг, та-ак... Ага! ... Чёрт, не видать ... вот, есть!
- Да чего нашёл-то, объясни толком! - рассердился Алекша.
Вард повернул довольное лицо, блестящие от радости глаза встретились с недоумевающим взглядом русича.
- Я нашёл место, где мы сейчас находимся, - сказал он.
- Эка радость, - хмыкнул Алекша, - я вот тоже его нашёл и сижу тут.
Вард засмеялся, сёл рядом.
- Ты не понял, я нашёл его на карте. На этом пергаменте нарисована карта! Ну, это такое маленькое изображение местности. Смотри! - он расстелил пергамент на песке. - Вот схема сражения, а вот карта местности, где это сражение произошло. Если сориентировать карту по сторонам горизонта и внимательно посмотреть вокруг, то можно понять, где мы сейчас. Если на карте всё подробно нарисовано, то сделать это очень легко.
Алекша с сомнением посмотрел на закорючки и чёрточки, недоверчиво произнёс:
- Так, ты знаешь, где мы. И что? Как до Царьграда-то добираться, мне туда!
- До цард ... тьфу! …. до Константинополя далёко, до него плыть надо. В пяти-шести суточных переходах отсюда наша крепость. Нам надо добраться до неё, а там видно будет.
- Ты это всё из карты вычитал?
- Да, это просто. Если хочешь, я по дороге тебя научу.
- Ладно, - почесал в затылке Алекша, - только сначала надо всех коз доесть, идти-то далёко! Там их ещё три осталось.
- Ты прав, - согласился Вард, - доедим коз, запасёмся мясом - и вперёд!
Он ловко скрутил пергамент, сунул в мешок, потом улёгся на тёплый песок и сразу заснул. Алекша долго возился, беспокоили обожжённые места, никак не мог успокоиться. Уважительно посматривал на худую спину ромея.
" Как он назвался - кентарх, командир сотни пограничников, что ли? - думал Алекша. - Как много знают воеводы ромейские, карты читать умеют. Наверно, с детства учатся всему. А мне вот к купцу какому-то в сторожа ночные наниматься надобно. Тьфу, зараза! Э-эх ..."
Они задержались в посёлке прибрежных грабителей ещё на два дня. Похоронили в братской могиле убитых солдат, немного отъелись на козьем мясе, отдохнули и на третий день тронулись в неблизкий путь. Вначале шли пешком, потом ромей предложил бегом. Алекша согласился и с этого времени только бежали. Путь пролегал вдоль берега, по ровным песчаным пустырям и бежать легко. Делали короткие остановки на отдых и бежали дальше. Скоро доели остатки козьего мяса, перешли на подножный корм - рыбу, выброшенную на берёг, чаёк, если удавалось подбить и прочую живность, которую только видели. Часто ели мясо сырым - не хотели готовить, торопились.
Ромей быстро поправлялся, креп и скоро превратился в сухощавого, жилистого мужчину немногим старше двадцати лёт. Движения стали точными, резкими, голос окреп, в нём слышалось железо.
Вард с растущим уважением приглядывался к попутчику. Русич с голубыми, как у девушки, глазами и длинными светло-жёлтыми волосами, показался ему вначале немного изнеженным, хотя откуда изнеженность у варваров? Но этот "изнеженный" долгими часами мог бежать, не срывая ровного дыхания, тяжёлый панцирь и шлем выглядели на нём лёгкими, словно из тростниковой бумаги, а уж что "неженка" натворил в посёлке разбойников - Вард только головой крутил, вспоминая. Такого научить дисциплине, воинскому порядку - и открыта дорога в этерию, иноземную гвардию императора, одну из самых привилегированных каст Византийской империи.
Утро четвёртого дня встретило их противным моросящим дождём и полным безветрием. После короткого завтрака мясом убитой чайки побежали дальше. Мясо было жёстким, холодным - из-за сырости не разожгли костёр. Получилось, что на завтрак наелись мертвечины. Это было так гадко, что разговаривать совсем не хотелось, двигались в полном молчании. У Алекши тошнота подступала к горлу, но кое-как крепился.
Мелкий дождик промочил до нитки. Алекша опустил забрало шлема, что б хоть глаза не заливало, Вард повязал на лоб тряпку. По дороге встречались участки сплошной глины, тогда ноги скользили, разъезжались. Сбивалось дыхание, Вард злился, свистящим шёпотом бормотал ругательства, но зато быстро согрелись, у Алекши так и вовсе из-под панциря пар пошёл.
Оба вывозились в коричневой жиже, как болотные черти, но от этого почему-то стало веселей и оба засмеялись, когда посмотрели друг на друга.
Впереди показался невысокий гребень скалы. Издалёка похожа лезвие меча, концом уходящее в море. Одиноко растущее дерево на противоположной стороне выглядело крестовиной на рукояти. Вард подбежал первым, подпрыгнул, подтянулся на руках и оказался на вершине гребня. Алекша стал рядом на мгновение позже - тяжёлые доспехи всё-таки тормозят.
