Торопливо убирает меч. Быстро идёт прочь, пока кто-то особо перепуганный не позвал стражу. Пробирается через базар, лавируя между торговых рядов, под оглушительные вопли продавцов и покупателей. Разнообразные запахи, переходящие в нестерпимую вонищу, заставили плотнее закрыть лицо, зажать нос. Собрался было уже побежать, такой галдёж и вонь вокруг, но торговые ряды внезапно заканчиваются. Александр убирает с мокрого лица платок, с наслаждением вдыхает относительно чистый воздух. Слабый ветерок забрался под полы, приятно охладил разгорячённое тело. В воздухе появляется новый странный запах, донеслись ослабленные расстоянием крики. Он завертел головой, встал на цыпочки, пытаясь определить, откуда исходит.
Звуки и запахи идут из-за забора, невысокого, но плотного. Забор отделяет от общего базара какой-то другой. Александр входит в широко распахнутые ворота. Перёд ним раскинулся рынок рабов. Отдельно продают женщин, именно от женской площадки исходит слабый запах душистой воды.
Кричали продавцы живого товара, расхваливая достоинства своих рабов. Торговля людьми была обычным делом, вроде продажи скота и являлась очень прибыльным занятием, потому что приобрести раба мог только состоятельный человек.
Заинтересованный, подходит ближе. Равнодушно провёл взглядом по женской половине, там несколько ярко накрашенных и плохо одетых фигурок глупо кривлялось на помосте, высоко задирая ноги и размахивая рукам. Пучеглазая блондинка дёргала туго натянутые жилы на доске, «делала» музыку. Вокруг собрались ценители. Вытаращились, почти не мигая. Там, где предлагали на продажу мужчин, царило оживление. На помосте выстроились в ряд две дюжины рослых, мускулистых негров быковатого вида. Продавец, низкорослый усатый грек с круглым животиком, неторопливо прохаживался вдоль строя. По требованию покупателя приказывал поднять руку или ногу рабу, раскрыть рот и показать зубы. Громко называл цену, покупатель соглашался или спорил и тогда начинался торг - любимое занятие восточных людей.
В толпе зевак Александр заметил и несколько женщин, укрывающихся за пологом носилок. Криво усмехнулся, пошёл было дальше, но взгляд вдруг зацепился за нелепую фигуру тщедушного паренька. Что удивительно, он был полностью одет в старую порванную хламиду. Ещё удивительнее, что сидит на стуле, в сторонке. Парень смугл, черноволос, не похож ни на араба, ни, тем более, на негра. Местным, египтянином, тоже не был.
" Ромей! - удивился Александр, - точно, ромей! Интересно, откуда он здесь?"
Подчиняясь какому-то неясному предчувствию, пробрался сквозь толпу. Подошёл. Парень заметил, грустно посмотрел, отвернулся.
- Эй! - тихонько позвал Александр, - ты кто?
- Раб, разве не видно? - глухо произнёс парень, отвернувшись.
- Э-э ... да, видно. Я хотел сказать, откуда ты, как сюда попал.
- Пленным был, у варягов, - пожал плечами парень, - продали этому вот, - кивнул на грека.
- У варягов!?
Купец заметил интерес к своему товару, подошёл.
- Что хочешь, уважаемый? Спрашивай меня!
- Да вот... - растерялся Александр. Он только что слышал, как работорговец разговаривал с потенциальным покупателем негра на неплохом арабском, а к нему обратился на ромейском, но потом сообразил - это же грек!
- Почему он одет и сидит отдельно от всех? - спросил он.
- Потому что это очень дорогой раб. Он не предназначен для тяжёлой работы, как те, - махнул купец рукой в сторону негров. - Он - грамотный, умеет писать и считать, главное у него - голова и вот она ... ха-ха ... раздета! Такому рабу в правильном хозяйстве цены нет!
- Так ведь земляк твой! - не удержался Александр.
- Товар! Деньги!! - со смехом возразил грек.
- Ах, да... Слушай, мне переговорить с ним надо, не возражаешь? - спросил Александр и сунул в цепкую лапу купца несколько мелких монет, - пару слов...
- Валяй! - отмахнулся тот и поспешил в центр площадки, там его уже подзывали.
Александр повернулся к ромею. Тот сидел, угрюмо уставившись в дощатый пол, ногой в старом дырявом сандалии постукивал по торчащему сучку.
- Тебя как зовут?
- Афанасий, - буркнул ромей.
- Афанасий, а давно ты к варягам попал? И как это произошло, расскажи? - попросил Александр.
- Пару месяцев назад. Я писарем был у тысяцкого. Нас послали сюда, в Африку, на помощь стратигу Андрею. По пути перехватили арабы, начался бой. Дрались долго ... Мы уже побеждали, когда налетели варяги. Побили всех - и нас, кто остался, и арабов. Меня оглушили, повязали...
- А Марк, был такой среди вас? Он сын сенатора Марцеллия, - перебил его Александр, - из очень знатной семьи.
- Да, он был младшим офицером, кентархом. Здоровый такой, дрался, как бешеный бык. Его сбили с ног толпой, повалили. Потом варяги связали его, когда пришёл в себя, зашевелился. Ночью порвал верёвки или как-то перерезал, не знаю, и убежал. Варяги были всё пьяные, не догнали.
- А дальше?
- Дальше не знаю, - буркнул Афанасий. Он неприязненно посмотрел в глаза Александру, отвернулся.
- Послушай, Афанасий, - Александр сёл рядом на лавку, - мне надо разыскать этого парня, очень надо и мне кажется, ты что-то знаешь, но скрываешь.
