Ну и что, что Южно-Африканская Республика находится на краю Африки? Это же не 1945 год, когда Соединённые Штаты, обладая исключительной монополией на ядерную бомбу, могли преспокойно и безнаказанно уничтожать мирные японские города. Теперь, когда атомное оружие по-тихому расползалось по планете, кто-нибудь да решил бы прийти на помощь потенциальной жертве «апартеидского» режима. Недаром же страны, соседствовавшие с ЮАР и Родезией – Ангола, Мозамбик и ещё несколько других, именовались в то время «прифронтовыми государствами», хотя никакой войны тогда и не было. Однако возможность, что называется, «маленькой победоносной войны» с давних времён влечёт к себе мысли власть имущих, особенно когда у них не очень ладятся внутренние дела…
А ведь дела в Южно-Африканской Республике действительно не ладились. Чернокожему населению всё больше надоедало быть людьми второго сорта – точнее, даже не людьми, но второсортными существами, и в стране разгоралось то, что в наших, советских, новостях и политинформациях именовалось «национально-освободительным движением». 16 июня 1976 года началось восстание учащихся и школьников в Соуэто, юго-западном пригороде Йоханнесбурга, вскоре перекинувшееся на другие города республики и, соответственно, очень жестоко подавляемое. Беспорядки продолжались до конца года, в них погибли сотни человек, многие тысячи получили ранения, но точное число пострадавших остаётся неизвестным, вернее – скрытым… Эти события вызвали негативную реакцию по всему миру.
Как мы сказали, в подобных обстоятельствах непопулярные правительства и стараются поднять свой рейтинг за счёт той самой «маленькой победоносной войны», в начале которой обычно наблюдается всплеск патриотизма, а надежда на её успешное завершение сплачивает нацию. Вот только и с войной у таких правителей обычно не очень-то получается: ни, чтобы маленькая была, ни, тем более, чтобы победоносная по своим результатам, – но экскурсы в историю мы сейчас делать не будем, хотя примеров тому известно немало. Скажем только, что Алексей Козлов честно выполнил свою именно миротворческую миссию. Хотя и тогда, почти за две тысячи лет до описываемых нами событий, когда «множество народа с мечами и кольями» взяли Того, Кого нарекли Спасителем, даже тогда в мире также ничего не произошло; более того, небо не упало на землю и в тот самый страшный момент, когда Его распяли на кресте… Что уж тут говорить про задержание разведчика-нелегала, «рядового в полковничьих погонах», которых он, кстати, никогда и не надевал? (Его «легальные» коллеги хотя бы фотографировались в военной форме для «личного дела» в служебном фотоателье при очередном присвоении воинского звания, а у него и такой возможности не было.) Но всё-таки и Алексей Михайлович пытался спасти человечество – разумеется, своими, оперативными, методами и средствами.
Однако говорить о том, что в день 28 июля 1980 года на Земле ничего особенного не произошло, будет совершенно неверно. Ведь тогда – вот только неизвестно, в какое именно время, и очень возможно, что как раз в тот момент, когда на запястьях «Дубравина» защёлкнулись наручники, – разорвалось сердце совсем уже немолодого человека, Михаила Алексеевича Козлова… Отец разведчика-нелегала, ветеран Великой Отечественной войны, скончался в тот самый день, когда был арестован его сын, ничего о том не зная. Можно, конечно, сказать, что это было какое-то случайное совпадение, но как-то не верится, что оно так – и всё… Уж как-то слишком трагически это всё совпало!
Вернемся к событиям в Йоханнесбурге. В разговоре с Алексеем Михайловичем о тех событиях мы, разумеется, спросили, как он реагировал на произошедшее, что он тогда делал? «Конечно, я потребовал, чтобы меня связали с западногерманским посольством – но они на это просто плюнули. Там ведь всё было, как в нацистской Германии, в точности! У моего следователя полковника Глоя в кабинете висел такой красивый портрет Гитлера – будь здоров! Глой был самый настоящий нацист, поклонник Эрнста Кальтенбруннера[194]…»[195]
…Но вспомните, мы же совсем недавно рассказывали о том, что именно израильтяне помогали этим самым южноафриканским «поклонникам Кальтенбруннера», сидящим в кабинетах, украшенных портретами «Адольфа Алоизовича», создавать собственную атомную бомбу отнюдь не для самообороны от шатавшихся по джунглям повстанцев! Что ж, как говорится – «ничего личного,
Между тем, в ту пору, в 1980 году, со времени освобождения Освенцима и Бухенвальда прошло всего-то каких-то 35 лет, многие фронтовики разных армий даже ещё и на пенсию выйти не успели. Но так далеко в прошлое мы заглядывать не будем, зато вспомним некоторые события всего лишь десятилетней, от того времени, давности.
