— Лекса, — прошептал, сильнее сжимая её в тисках объятий. Она же словно покрылась ледяной коркой. — Лекса — ты моя! — уже уверенно сказал я, добавляя в голос силы и подчинения. Подумал, что так даже и лучше. Теперь она от меня никуда не денется, и прекратится это безумие или, скорее, уйдёт наваждение, вечные её поиски и страх, что она исчезнет вновь.
Но у альфы было другое мнение на этот счёт. Ярость исказила черты лица, которые ещё минуту назад были расслабленными и невообразимо прекрасными, когда она отдавалась мне. Длинные когти пантеры вспороли мне бок. Трансформировавшись в зверя, Лекса зарычала и наотмашь ударила сильной лапой так, что я перелетел через байк и грохнулся на спину, забив дыхание. Пантера же сорвалась на бег.
Я не смог так сразу броситься за ней. Замешкался на пару минут, дезориентированный после болезненного падения, и этого хватило, чтобы пантера скрылась от меня. А я тщетно пытался её догнать. Рана кровоточила и оставляла за мной дорожку из красных капель. Смириться с тем, что Лекса сбежала, я не собирался. Никуда она не денется. Найду везде. Теперь, наконец-то, Лекса принадлежит мне! Моя строптивая альфа...
Прикрыв глаза, здоровым боком прислонился к дереву, принюхиваясь к воздуху, сориентировался, в какой стороне находились волки Астаховы. Туда-то и побежал, болезненно взрыкивая, когда приходилось перескакивать через лесные препятствия.
***
Александра Стайл
Всё мелькало перед глазами, когда я неслась сломя голову сквозь лес, не разбирая дороги. В какой-то момент только благодаря кошачьей ловкости сумела удержаться от падения с крутого обрыва на берегу реки, на который я внезапно вылетела. Лес здесь впритык подступил к краю, часть деревьев корнями нависала над обрывом после оседания породы.
Загнанно дыша, остановилась. Из-под лап посыпались камни с обрыва в реку, с шумным плеском падая в воду.
Почти рассвело. Небо, в той стороне, где должно было взойти солнце, окрасилось в зловещий красный. Словно природа была солидарна со мной в моей ярости, которая пеленой застилала глаза. И соболезновала мне, надевая красный траурный цвет.
Я провела в лесу, убегая прочь от альфы, практически всю ночь. Устала. Смертельно. Натруженные бегом мышцы ныли. Пар белёсой дымкой поднимался от тела. Одна лапа была стёсана в кровь. Но всё это не имело никакого значения на фоне того пиздеца, что сотворил Блеквуд. МЕТКА!!!
Меня рвало на части от отчаяния. Как он мог! Так подло и вероломно поступить со мной! Не спросив моего мнения! Нужна ли мне эта метка? Хочу ли я носить её?
Никто не ставит метку после пары встреч. Метка — это большая ответственность. В современном обществе её ставят всё реже. Только если уверены в своих чувствах, если доверяют друг другу и готовы быть вместе всю жизнь! Ну да, и истинные пары так подтверждают свой брак в храме Белой Волчицы.
Хотя известны случаи, когда самцы насильно метили самку, чтобы привязать к себе, если она против. Но такие метки опасны и могут привести к гибели. Не знаю, чем это объясняется, но метка должна быть принята добровольно.
Мы с ним так мало знакомы, даже толком не разговаривали. Кем он видит меня подле себя, если бы я была согласна остаться с ним? Почему он так запросто распорядился моей судьбой? Эгоистично и жестоко.
Эдвард же осознаёт, чем мне грозит метка. Теперь для меня любые отношения с противоположным полом заказаны. Не то, чтобы я стремилась замуж за кого-то конкретного, но для будущего, которое я планировала без присутствия в нём Блеквуда, метка мне ни к чему. Кому понравится самка, пахнущая другим самцом? Мой запах в ближайшее время изменится и приобретёт отличительные нотки аромата самца, пометившего меня. Все будут знать, что я занята другим. Метка принадлежности…
Жгучая обида душила. Слёзы подступали. Ярость клокотала в груди. Место укуса нещадно болело и пекло. Эдвард же не успел зализать раны, когда я, огорошенная произошедшим, рванула прочь от него. Кажется, я его поранила… Не помню точно. Мало, наверное. Всё равно регенерация залечит любые физические раны. А вот кто залечит мою душевную?
Как я могла так расслабиться и довериться ему? Какая же я альфа? Глупая омега! Шарг!
Впервые я была настолько морально опустошена поступком Эдварда, что малодушно решила сбежать прочь из Орланда, а лучше, вообще из страны. Куда-нибудь далеко на север. В Нордию, например… Вот только с исчезновением мамы разберусь.
Возвращаться к байку боялась. Вдруг Блеквуд всё ещё там. Поразмыслив, решила, что плевать. В город всё равно нужно возвращаться. Бежать пантерой можно, но оставлять «Малыша» одного – ни за что! Собрав остатки духа и дав себе мысленный подзатыльник за неуместную трусость, прихрамывая, поплелась назад.
