В распоряжении Али были и другие варианты, кроме «Нации ислама». Он встречался и заводил знакомства с другими активистами. 4 сентября 1964 года Али и Мартин Лютер Кинг-младший поговорили по телефону, который прослушивался агентами ФБР. Согласно протоколу бюро, Али заверил Кинга в том, что «полностью поддерживает МЛК[20], МЛК – его брат, и он с ним на сто процентов, но ему нельзя рисковать, поэтому МЛК должен позаботиться о себе и “остерегаться этих белых”». Неясно, что именно имел в виду Али, когда сказал, что не может рисковать. Вероятно, он больше боялся разгневать Элайджу Мухаммада, чем разозлить ФБР или белый истеблишмент. Его трепет перед авторитетом Посланника был непреодолимым. Однажды Али сказал Джеку Олсену: «Я больше не могу водить. Он не хочет слышать, как я попадаю в неприятности, поэтому посоветовал мне больше не садиться за руль, и я послушался. Вот какой силой он обладает. Мы делаем все, что он говорит. Даже белый человек – вся страна боится его». Элайджа Мухаммад никогда публично не комментировал решение Али жениться на Сонджи Рой. Тем не менее из-за брака Али снова оказался на распутье. С появлением собственной семьи у него появилась возможность вновь пересмотреть свои взгляды на будущее. Но он решил придерживаться того же курса в своих религиозных взглядах, сообщив журналистам, что его жена написала письмо национальному секретарю «Нации ислама» Джону Али, заявив о своем намерении зарегистрироваться в качестве мусульманки. «Это была единственная причина, по которой я женился на ней, – сказал он, – потому что она согласилась выполнять все, что я от нее хотел… я сказал ей, раз она хочет быть моей женой, ей придется носить платья по крайней мере на три дюйма ниже колена, она должна перестать красить губы, бросить пить и курить».
Но все это были мелочи для по уши влюбленного человека.
«Мы с женой всегда будем вместе», – сообщил Али прессе.
Вскоре после свадьбы между спонсорской группой Луисвилла и «Inter-Continental» было достигнуто соглашение о матче-реванше с Сонни Листоном 16 ноября 1964 года в «Бостон-гарден». После четырех лет в боксерском бизнесе бизнесмены из Луисвилла стали лучше понимать, во что ввязались, и были совсем не в восторге от этого. Мало того, что в прессе на них спустили собак за тайную сделку с Листоном и братьями Нилонами по поводу матча-реванша, так вдобавок братья Нилоны не спешили выплачивать Али сотни тысяч долларов, которые причитались ему с первой битвы. Таким образом, даже когда обе стороны проработали детали нового контракта, спонсорская группа Луисвилла подала иск против Листона и «Inter-Continental», чтобы принудить их совершить выплату по предыдущему контракту. Тем не менее в мире бокса такие меры были в порядке вещей.
Али мало внимания уделял деловым вопросам. Через одиннадцать дней после свадьбы он вернулся в Майами, чтобы приступить к тренировкам. В одних отчетах говорилось, что его вес увеличился до 240 фунтов [≈ 109 кг], в то время как другие оценивали его в 225 фунтов [≈ 102 кг]. В любом случае, боксеру пришла пора привести в порядок свою физическую форму, поэтому на пробежку он надевал пару тяжелых пятифунтовых ботинок, зажав в каждой руке по грузу в 500 граммов. Почти каждый день после пробежки он пересматривал кадры своего первого поединка с Листоном. После многочисленных просмотров он вычислил ключ к победе: все сводилось к его способности уворачиваться от ударов Листона. Как только Листон понял, что его джебы уходят в пустоту, этот более крупный и медленный боец попытался достать его левыми хуками, но это тоже не сработало, потому что Али был слишком быстр, чтобы попасть под траекторию хука. У Листона кончились варианты. Не справившись с ролью агрессора, он терял мораль и силы, в то время как Али без устали колотил.
Али решил, раз это сработало в их первую встречу, то сработает снова. Листон был похож на акулу: надо лишь помешать ему двигаться вперед, и ему конец.
За неделю до боя Али весил 216 фунтов [≈ 97,8 кг] – на 5,5 фунтов тяжелее, чем в день победы над Листоном в Майами. Но даже с парой лишних кило он был в отличной форме. Можно даже было сказать, что на этот раз он был в лучшей форме, чем в прошлый раз. Согласно Sports Illustrated, он вырос на полдюйма до шести футов трех дюймов [≈ 191 см]; окружность его бицепса составляла 17 дюймов [≈ 43 см], а бедра 27 дюймов [≈ 68,6 см], что было на два дюйма больше по сравнению с прошлыми показателями. Его талия оставалась неизменной: 34 дюйма [≈ 86 см].
«Я так прекрасен, что хоть скульптуру из золота отливай», – хвастался он.
