Но он никогда не ставил под сомнение свою религию, по крайней мере, когда она настаивала на этом, и этот вопрос продолжал оставаться причиной жарких дискуссий между ними. Сонджи кипела от ярости каждый раз, когда видела, как ее муж робел перед лидерам «Нации ислама», а Али охватывал гнев, когда Сонджи проявляла неуважение к его вере. Он пошел на большие жертвы, чтобы присоединиться к «Нации ислама», расстроив своих поклонников, отдалившись от родителей, потеряв ценные контракты и лишившись по крайней мере одного из своих ближайших друзей в лице Малкольма Икса. Сделав свой выбор и присягнув на верность Элайдже Мухаммаду, он ожидал, что его жена сделает то же самое. Конечно, в некоторой степени его разочарование было связано с религией, но другая часть исходила из понятий мужественности и брака.
В штате Мэн, перед боем с Листоном, они остановились в отеле «Холидей Инн» в Оберне, когда Сонджи выглянула с балкона и попросила мужа войти.
«Я сейчас буду», – отозвался Али с улицы, где он разговаривал с журналистом Джерри Айзенбергом и Сэмом Саксоном, мусульманином, с которым Али подружился в Майами. Али собирался подняться по лестнице, но капитан Сэм преградил ему путь.
«Ты мужчина, – сказал Саксон. – Ты не идешь по первому зову женщины».
Али остался.
На следующее утро после боя с Листоном пара выехала из Льюистона в Чикопи, обратно в отель, где Али проживал во время тренировок. Али вспоминает, как в Чикопи «она надела очень-очень короткое облегающее платье без рукавов, без ничего… и в этом платье она вышла в вестибюль и направилась в нем в столовую. Тогда я потащил ее в комнату и спросил: “Зачем ты позоришь меня, вырядившись в эти откровенные тряпки, в которых все твое тело как на ладони?” И она ответила: “Ты выиграл свой бой. Мне больше не нужно притворяться… я никогда не буду мусульманкой”».
Пара поссорилась. Сонджи снова в гневе хлопнула дверью и вернулась в Чикаго.
Али и Сонджи не виделись две недели. Когда они воссоединились в Чикаго, Али настоял на том, чтобы отвезти свою жену к портнихе, чтобы та могла подобрать ей «самые обычные» платья в пол. Однажды он вытащил из шкафа одно из длинных платьев, которые купил ей, и положил на кровать, но Сонджи отказалась надеть его. Точь-в-точь повторялся их конфликт во время вечеринки на Ямайке.
«Это был переломный момент для Али», – сказала Сафийя Мухаммад-Рахман, дочь Герберта Мухаммада.
В ситуацию попробовал вмешаться Капитан Сэм. Он верил, что между Али и Сонджи была настоящая любовь. По его словам, Сонджи надо было дать больше времени, и тогда она примкнула бы к «Нации ислама». Он обратился к ее прагматичной стороне. «Твой мужчина в течение десяти лет будет на вершине, – сказал ей Саксон. – Все, что тебе нужно сделать, это носить платье ниже колен».
Ровно так же, как Герберт Мухаммад ранее сблизил пару, теперь он способствовал их расколу. Информатор ФБР сообщил, что Герберт относился к Али «таким же образом, как сутенер обращается с проституткой… пытаясь как можно сильнее принизить [его], чтобы полностью держать под контролем». По словам Рахмана, брата Мухаммеда Али, Герберт пытался переспать с Сонджи даже после того, как она стала женой Али. Рахман добавил, что он был не единственным членом «Нации ислама», который ухлестывал за Сонджи. Когда та отказывалась, Герберт начал строить козни, чтобы избавиться от нее, распространяя о ней грязные слухи и объявляя ее непригодной для ислама.
По словам Роуз Дженнингс, которая работала с Гербертом Мухаммадом и Сонджи в «Слове Мухаммада», она не знала, сыграл ли секс роль в плохом отношении Герберта к Сонджи, но Дженнингс с уверенностью сказала, что Герберт чувствовал угрозу со стороны новой жены Али и способствовал их расставанию. «Герберт не мог ее контролировать, – сказала Дженнингс. – Она начала открывать Али глаза на то, что на самом деле происходит. Она стала влиятельной фигурой в его делах. Герберт не мог этого допустить. Поэтому он сказал Али, что Сонджи изменяет ему с белым парнем. Это было ложью, он пытался разлучить их».
Его план сработал. 23 июня Али подал жалобу в окружной суд округа Дейд, штат Флорида, с просьбой аннулировать его брак. Выбрав аннулирование, а не развод, он надеялся избежать выплаты алиментов. Но Сонджи сообщила журналистам, что она все еще надеется спасти свой брак.
«Я просто люблю своего мужа и хочу быть с ним, – сказала она. – Это просто религия. Он знает, что я пытаюсь принять ее, но я просто не понимаю. Мне очень трудно стать той, кем он хочет меня видеть».
Неделю спустя Сонджи рассказала журналистам, что она путешествовала по стране в поисках своего мужа, чтобы поговорить с ним и попытаться восстановить их брак. «Если он будет избегать меня, – сказала она, – я узнаю, где он, и пойду туда. Станет убегать – я последую за ним».
