– А дальше Таня рассказала о своей жизни, как осталась без матери, как всегда чувствовала себя одинокой и несчастной, хотя ни в чём не нуждалась. В этом году она окончила школу и пока не знала, куда ей поступать. В конце концов решила никуда не ехать, а остаться дома. Появилась мечта начать своё дело – Таня решила открыть парикмахерскую. Нужны были деньги, и отчим впервые отказал. Таня за помощью обратилась к конкурентам Умрихина: попросила у них круглую сумму взаймы. А конкуренты её просветили. Оказывается, Умрихин когда-то давно купил участок на побережье и оформил его на свою жену. Затем на нём отстроил гостиницу, и опять все документы были на имя Жизняевой Лилии, матери Тани. Вдруг Лиля погибает, и вся собственность переходит маленькой Тане.
– Почему? – перебила Петра Танюшка. – Собственность переходит к супругу.
– Только у Лили не было супруга: со мной она развелась, когда я был в колонии, а с Умрихиным они были в гражданском браке. Так захотел сам Умрихин, думал, что всё правильно рассчитал. В случае конфискации имущества у него могли забрать только машину и маленькую квартирку в городе, которую он позже переоформил на свою сестру. Лиля же была очень предана да ещё сильно любила его, поэтому о вероятности предательства он даже не думал.
Убийство Лили произошло, как гром с ясного неба. Он, еле оправившись от удара, срочно нанимает хорошего адвоката и оформляет опекунство, заметьте, при живом отце! Теперь он может спокойно распоряжаться имуществом, хозяйкой которого теперь является маленькая Таня. Поэтому он не отпускает её от себя, выполняет все её прихоти, чтобы не настроить девочку против себя. Конечно, у него теперь есть счета, но вся гостиница и дорогой участок у моря, на котором она стоит, являются собственностью Тани. Она бы никогда об этом не узнала, если бы недоброжелатели её отчима не открыли бы ей эту тайну.
Она просила совета у меня, как ей быть теперь со всем этим. Я ничего определённого ей не посоветовал, только напомнил, что всё-таки Умрихин является настоящим хозяином гостиницы и участка. А у Танечки была другая правда: «Моя мать погибла из-за этой гостиницы, значит, он недостоин этого богатства». Она хотела в восемнадцать лет потребовать у Умрихина все документы на свою собственность. Мы ещё немного посидели в кафе, она просила рассказать, как мы с Лилей поженились, какими были бабушки и дедушки.
Потом я довёл её до гостиницы, она мне протянула какую-то безделушку, серёжку вроде. Сказала, что это будет талисманом для меня или оберегом. Мы договорились с ней встретиться утром на пляже. Я отправился в свою гостиницу, шёл, ничего не замечая вокруг, думал о своей жизни, о дочери, о том, как распорядилась судьба, что моя дочь при живом отце чувствовала себя круглой сиротой. Потом я стал радоваться, что всё-таки нашёл дочку и теперь не расстанусь с ней. Зачем нужны эти участки, гостиницы, деньги, что это не самое главное. Главное, что теперь мы вместе. Потом я услышал сзади быстрые шаги, но не придал этому значения. Оказывается, догоняли меня. Я вдруг почувствовал, как на голову мне обрушился свод небесный, в глазах вспыхнул яркий свет. Потом я очнулся в палате, не здесь, в другой – в реанимации. Мне сказали, что у меня сильная черепно-мозговая травма. Вот лежу здесь, и даже дочь не приходит, не знает, наверное, что я в больнице. Вы не могли бы ей сообщить?
– Хорошо! Обещаю, если сумею её найти. Я давно её не встречала, – поспешила ответить Таня дрогнувшим голосом. – Пётр, к вам приходили из милиции?
– Да, был следователь сразу, как я пришёл в себя от наркоза.
– И что вы ему рассказали?
– Нечего было рассказывать. Сказал, что слышал сзади шаги, но не видел напавшего. Следователь, правда, почему-то интересовался серёжкой у меня в руке. Я сказал, что нашёл её. О дочери не стал говорить, мало ли что.
Когда посетительницы уходили, Пётр спросил, увидятся ли они ещё когда-нибудь.
– Всё может быть! До свидания. Выздоравливайте! – попрощалась Татьяна.
И когда она подошла к двери, Пётр попросил:
– Таня, найдите, пожалуйста, дочь!
Татьяна, смутившись, молча кивнула.
Из больницы все отправились в прокуратуру, где пришлось томиться под кабинетом следователя долгих сорок минут. Их вызвали, когда закончился допрос и из двери вывели в наручниках похитителя Тани – младшего из братьев.
Татьяна ещё у двери спросила следователя, можно ли попросить свидания с девушкой, с которой вместе сидели в камере предварительного заключения:
– Она была арестована за драку, побила свою соседку.
Следователь посмотрел в своих бумагах и ответил, что её выпустили до суда.
– Дайте, пожалуйста, её адрес, – попросила Таня. – Вы ничего плохого не подумайте. Я хочу её отблагодарить за моральную поддержку нас в камере.
Следователь пожал плечами и, заглянув опять в бумаги, назвал адрес. Но Татьяна не собиралась уходить, она попросила ещё минуту внимания и уселась без приглашения на стул напротив мужчины:
– Мы можем уже уехать? С нас сняли подозрения?
