В нашей семье тоже еще не все проблемы решены. Даже более того, многие не решены. Муж еще не работает по специальности, я еще пока тоже учусь. Еще не решился вопрос, где мы будем жить. Кому уже хорошо, так это нашим девочкам. Они, на мой взгляд, чувствуют себя в Израиле превосходно. За год они сделали огромные успехи в языке. Очень сложно для глухих детей осваивать новый язык, это требует огромных усилий. Я ожидала больших сложностей в этом вопросе, но дети попали в руки к прекрасным педагогам, которые сделали на мой взгляд невозможное. Сейчас девочки понимают иврит, у них большой словарный запас, более активная речь. Дети с радостью участвуют в праздниках, в детском саду танцуют вместе со всеми, пытаются подпевать и чувствуют себя совершенно свободно, раскованно. Здесь, в Израиле, как и во всех западных странах, будущее глухого ребенка определяется всей системой воспитания и обучения. В Советском Союзе такой ребенок с двух лет попадает в микромир глухих. Дети всю неделю находятся в специальных детских садах, затем переходят в школу-интернат. Когда в 17-18 лет они выходят из закрытого общества в мир, общение со слышащими людьми их пугает, они к нему не привыкли, не готовы. Здесь же глухие дети с пятилетнего возраста находятся в обычных садах с обычными детьми, затем в обычных школах. На некоторые уроки их собирают по четыре, шесть или восемь человек и специальные педагоги-дефектологи занимаются с ними речью и помогают в остальных предметах. Дети с самого начала находятся в нормальной, слышащей среде. Это огромный плюс для общего развития ребенка, для развития речи, для развития личности, для осознания себя полноценным человеком.
Проблема глухих решается в Израиле в плане общественной реабилитации. Здесь глухой может свободно водить машину. Мы уже знакомы с такими людьми. Сейчас родители добиваются для глухих детей права служить в армии, и мы сделаем все, чтобы наши дети почувствовали, что эта страна их дом, наш общий дом.
Сколько времени нужно прожить в стране, чтобы чувствовать ее своим домом, я не знаю. И не думаю, что это только вопрос времени. Я после года с небольшим жизни здесь знаю, что это моя Хайфа, мой район. Я у себя. А когда это началось?.. Может вчера, а может тысячелетия назад...
Векслер Ицхак, 1938 г. рождения, инженер
Жена Мила, техник
Дочь Лея, сын Михаил, школьники
Приехали из Киева в 1974 г. Живут в Хайфе
Семья Векслеров живет в Израиле с 1974 г. Их четверо — Ицик Векслер, его жена Мила и двое детей — дочка Лея и сын Миха.
ЭТОТ ДЕНЬ Я ПОМНЮ ТОЧНО...
Мила: Это не был какой-то определенный день, когда я сказала себе, что надо ехать. Но день, когда мы впервые вспомнили об Израиле, я знаю точно. Это был день, когда началась Шестидневная война. Сначала мы волновались, так как трудно было понять, что там происходит, а потом радовались, потому что даже из советских газет ясно было, что Израиль на высоте. Мы не считали тогда, что победа Израиля это и наша победа. Мы просто чувствовали себя евреями и гордились, что где-то евреи сильнее тех, кто их окружает.
Я УВЕЗУ ДЕТЕЙ В ИЗРАИЛЬ
Мила: С тех пор я стала думать об Израиле, о судьбах евреев, о судьбе нашей семьи и постепенно пришла к мысли, что мы должны уехать. Если у евреев есть своя страна, то это место для нас. И уж ни в коем случае не Советский Союз, где еврей несет свое еврейство как тяжелую и неудобную ношу, мешающую ему на каждом шагу. Я решила, что рано или поздно, но я увезу детей в Израиль. С мужем говорить на эту тему было невозможно, он даже слушать не хотел. Он говорил, что это нереально и даже не чувствовал необходимости в этом. Несмотря на то, что решение мое было твердым, я считала что уговаривать его не следует. Это очень серьезный шаг и никто не должен ехать только потому что за него кто-то решил. Поэтому, когда муж впервые спросил меня не передумала ли я уезжать в Израиль, я была счастлива.
ЧАСТЬ ЖИЗНИ УЖЕ БЫЛА ПРОЖИТА В РОССИИ...
Ицик: Сначала я думал, что оставаясь евреем, можно жить в Советском Союзе. У меня долгое время было такое чувство, что евреи несколько преувеличивают антисемитизм в России. Это случается, когда люди свои личные неудачи, связанные с характером, способностями, объясняют антисемитизмом. Я всегда старался разобраться в причинах собственных неудач, отметая такое удобное объяснение, как «антисемитизм». К тому же значительная часть жизни была уже прожита в России. У нас была интересная работа и привычная среда, прекрасные друзья и знакомая культура. Страшновато было все это менять на другой образ жизни, другой язык, другую культуру — все другое. Однако мысль о будущем детей перевешивала все сомнения и страхи. Ведь как ни старайся быть объективным, но антисемитизм в России всегда был и будет. И детям придется как-то приспосабливаться к этому явлению, то ли кулаками завоевывать свое место, то ли ловчить и хитрить. И та, и другая перспектива их будущего меня не устраивала.
У НАС ПОЯВИЛОСЬ МНОГО ДРУЗЕЙ...
