И дело, конечно, не просто в законодательных новациях. В своей деятельности ФРС придерживается именно расширительной трактовки своего мандата. Самый яркий пример - политика американского центробанка в годы последнего кризиса. С 2008 года ФРС пошла на целый ряд беспрецедентных мер по насыщению банковской системы деньгами и стимулированию экономического роста - базовая учётная ставка уже в декабре 2008 года снижена до практически нулевого уровня (целевой диапазон 0-0,25%); более того, американский регулятор публично взял на себя обязательство не повышать ставку ранее середины 2014 года. Помимо этого было принято решение о нетрадиционных прямых вливаниях ликвидности в экономику. Речь идёт о программах так называемого количественного смягчения, в рамках которого ФРС откупила на свой баланс ценных бумаг более чем на 2 трлн долларов.
Благодаря решимости ФРС общеэкономический спад в Америке был хотя и крайне болезненным по национальным меркам (самая тяжёлая и продолжительная рецессия после Второй мировой войны), но в международном контексте вполне терпимым и сменившимся внятным оживлением. Накопленный спад за шесть кварталов рецессии (с января 2008-го по июнь 2009 года) составил в США 5% (для сравнения: в России - 11%), а к концу прошлого года реальный ВВП Америки превысил предкризисный максимум на 3% (в России - на 2,5%).
Не делать из инфляции фетиш
Одна из важных новаций российского ЦБ, которой он часто и публично гордится, - взятый в 2008 году курс на постепенный переход к политике инфляционного таргетирования. Данный тип политики ЦБ, вошедший в моду у центробанков развитых и развивающихся стран в последнюю четверть века, фактически подчиняет всю деятельность регулятора единственной задаче - неуклонному достижению публично заявленной цели по инфляции.
Режим инфляционного таргетирования впервые был применён в Новой Зеландии в 1990 году и сегодня используется центральными банками 40 стран (Великобритании, Канады, Австралии, Южной Кореи, Норвегии и др.). Количественный анализ принятых Банком России решений об изменении ставки рефинансирования в 2010-2013 годах, выполненный экспертами Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования, показывает, что уже сейчас только изменение инфляции и, с некоторыми допущениями, динамика обменного курса рубля (но не динамика каких-либо других макроэкономических индикаторов) влияют на принятие данных решений.
Однако важно отметить, что далеко не все страны, перешедшие к таргетированию инфляции, реализуют столь жёсткую привязку денежно-кредитной политики к одной цели. Так, например, Банк Норвегии определяет свой режим денежно-кредитной политики как гибкое инфляционное таргетирование. Согласно "Законодательному акту о монетарной политике" от 20 июня 2003 года, денежно-кредитная политика Банка Норвегии должна быть ориентирована на поддержание низкого и стабильного уровня инфляции, но при одновременном "осуществлении вклада в стабильную динамику выпуска и занятости". Как и во всех странах с инфляционным таргетированием, в Норвегии определяется целевой ориентир по инфляции - 2,5% в год в среднесрочном периоде. Согласно письму Банка Норвегии норвежскому минфину "Основополагающие принципы денежно-кредитной политики" от 27 марта 2001 года, в случае отклонения инфляции более чем на один процентный пункт от целевого уровня в течение одного года в своём годовом отчёте Банк Норвегии обязан привести детальное обоснование подобной ситуации в контексте проводимой политики. При этом подчеркнём, что речь идёт об отклонении инфляции от целевого ориентира не только вверх, но и вниз. То есть слишком низкая инфляция признается столь же нежелательной и обязывающей Банк Норвегии к принятию мер, как и высокая. При этом Банк Норвегии де-факто принимает на себя и некоторые количественные обязательства по поддержанию экономического роста, но не в виде целевого интервала, а в виде целевой функции. Три раза в год Банк публикует отчёт о денежно-кредитной политике, включающий формулировку упрощённого правила денежно-кредитной политики в явном виде. Кроме того, Банк Норвегии ежегодно представляет на своём сайте отчёт независимых экспертов о проводимой денежно-кредитной политике, который дает оценку её эффективности, в том числе с позиции стимулирования экономического роста.
Россия, будучи крупным экспортёром углеводородного сырья, часто сталкивается с теми же макроэкономическими шоками, что и Норвегия. В обеих странах уровень инфляции нередко зависит от абсолютно неконтролируемого и исключительно нестабильного внешнего фактора - уровня мировых цен на энергоносители. Если эти цены падают, курсы национальных валют наших стран неизбежно снижаются, что ведёт к удорожанию импорта и создаёт инфляционное давление. В таких условиях попытка выполнить целевой ориентир по инфляции, если она будет последовательной, должна обернуться двойным шоком для экономического роста - ухудшением условий для экспорта и ужесточением денежной политики.
