— Да я просто лишний раз проверяю свою, вот и пытаюсь её подвергнуть сомнению. Целиком и полностью согласна с тобой. Слишком уж просто все получается. Вот мы додумались, почему же, например, сэр Мидоуз не мог догадаться? Арабелла ему и в голову не приходила.
— А все потому, что в те благословенные времена дама из общества была вне подозрений. К тому же такая красавица. Как знать, может, он тайно был в неё влюблён? — заметила Кристина, открывая банку живецкого пива. — Как хорошо, что мы наткнулись на магазин с нашим пивом! Ихнее просто помои. Остальное я затолкала в кухонный холодильник. Прокралась в кухню, надеюсь, никто не заметил.
— А если даже и заметили, какая разница. Все равно у них уже сложилось мнение об иностранцах.
— Так на чем мы остановились?
— На том, что Арабеллу Мидоуз не подозревал. И все равно заставил инспектора Томпсона с особым вниманием провести расследование. Ни с того ни с сего вдруг умирает здоровая, ещё не старая женщина. И тут я согласна с тобой — это дело рук горничной.
— Сообразительная девушка! — похвалила Кристина француженку, поставив на стол опорожнённую банку из-под пива и загладывая в записи инспектора. — Видишь, она давала показания первой. Вот, все записано. Мариэтта Гурвиль очень умело преподнесла полиции депрессию мисс Дэвис. Настолько убедительно, что остальные слуги знай повторяли версию француженки. И об опии она упомянула. Направила следствие, так сказать, в нужное русло.
— И не сразу сбежала! — подхватила я. — Переждала сколько надо и уехала открыто, к тому же получив от хозяйки дополнительное вознаграждение. Из чего следует — возвращаемся во Францию. Поищем Мариэтту Гурвиль. Вот только как? По кладбищам походим?
— Ослепла ты, что ли? — возмутилась сестра. — Этот славный английский сыщик записал её адрес. Правда, всего один раз, и не исключено, что эта ловкачка просто голову ему морочила, но все же зацепка. Вот, гляди. Франция, какая-то деревушка…
— Две мировые войны и одна франко-прусская…
— И все равно, с чего-то начинать ведь надо?
Я задумалась. А подумав, стала рассуждать вслух:
— Прабабка Клементина изо всех сил старалась убедить нас в том, что алмаз существует. Не пропал, «он есть!». Мы с тобой пришли к выводу, что сам собой из Индии до Европы не добрался, его выкрала из храма и привезла в Европу Арабелла… О храме все упоминают… об Арабелле никто. Её мы сами вычислили. Она на нашей совести.
— Потому что самая подходящая кандидатура.
Я кивнула и потянулась за пивом, очень оно помогало думать. Увы! Придётся сходить за новой банкой, надеюсь, в доме все уже спят.
— Сейчас спущусь за пивом, — пообещала я. — А из материалов расследования инспектора Томпсона делаю вывод — произошло убийство.
— Я тоже, — подтвердила Кристина.
— Странно, что сам инспектор не сделал такого вывода.
— Так он же не знал об алмазе. Мотива у него не было.
— Пожалуй, ты права. А я-то голову ломаю! Ну конечно же, не видел он никаких причин для убийства мисс Дэвис. Никто потом не сбежал, никто не сорил деньгами. Ничего не было украдено, а опий в ту эпоху входил в моду. Были у инспектора кое-какие сомнения, он пытался их как-то объяснить и отступился. Ну ладно, с инспектором все ясно. Пошли дальше. Итак, считаем, Мариэтта вернулась во Францию с алмазом, ведь как-то он должен был оказаться во Франции. Разумеется, и прабабка Каролина, и мы можем ошибаться по всем линиям, ведь она алмаза никогда не видела, а только располагала о нем некоторыми сведениями. Но ведь мисс Дэвис погибла насильственной смертью, а это о чем-то говорит…
— Послушай, вот чего я не понимаю, — перебила Кристина. — Почему Арабелла не подняла шума? Если обнаружила пропажу алмаза?
— Могла обнаруживать сколько влезет, но кричать бы не стала. Да ты вспомни, какой совсем недавно разразился алмазный скандал, стала бы она себя разоблачать? А может, со свойственной ей беспечностью и не стала переживать, обнаружив кражу алмаза. Нет, пусть наша Арабелла беспечна и легкомысленна, но ведь была женщиной умной, зачем ей вить верёвку на собственную шею? Женщина, которая довела до самоубийства мужа, этого благородного, честного служаку… Да, такого бы ей общественное мнение не простило! А тут ещё наклёвывался второй брак, с любимым человеком. Как знать, вдруг этот второй Джордж Блэкхилл проявил бы моральную щепетильность и отказался брать в жены такое чудовище? А если пропажу алмаза обнаружила не сразу, а позднее, тем более не стала поднимать шум. У неё был уже сын, следовало подумать о добром имени ребёнка, наследнике славного титула.
Кристина согласилась со мной:
— К тому же Арабелла не жила в бедности, так что и настоятельной необходимости, в деньгах не было. Иоаська, ты куда-то гнёшь. Ну, выкладывай.
— И в самом деле, мучит меня одна вещь, — призналась я. — Погоди минутку, слетаю все же за пивом, очень хорошо под него думается.
Спускаясь и поднимаясь по лестнице, я успела сформулировать пока не очень и для меня самой убедительное соображение.
