Они ушли, а Кэти лежала в изысканной спальне, и по ее лицу катились слезы. Она заметила, конечно, что врач, приведенная Джун, подложила под нее еще больше банных полотенец. Хорошим здесь было то, что элегантная обстановка Джеральдины не должна была пострадать. Плохая новость состояла в том, что доктор явно ожидала вскорости появления большого количества крови.
Джеральдина поняла: что-то случилось, но это было не в ее власти. Она попрощалась с Ником Райаном, владельцем большой сети химчисток. Она пробормотала, что не должна его монополизировать, что ему нужно познакомиться с кем-нибудь еще. Он негромко сказал, что ему этого совсем не хочется, что, вообще-то, его не интересуют разговоры с кем-нибудь еще. Это было серьезным знаком того, что он счел ее привлекательной. Джеральдина увидела, что Питер Мёрфи смотрит на нее. Но она не могла возвращаться на прежнюю дорогу. Никаких пересмотров, как она часто говорила Кэти, хотя та не слишком прислушивалась. И кстати, где она? Эта вечеринка была такой странной в своем роде. Джеймс Бирн и Шона Бёрк оказались давно знакомы. Та очень милая соседка, доктор Саид, которая говорила, что заглянет на часок, все еще была здесь и не собиралась уходить. Фредди позвонил, чтобы попросить ее вернуться к нему. Питер Мёрфи вел себя ревниво и как собственник. Неплохо для женщины под сорок. Джеральдина уже готова была поздравить себя, когда заметила, что доктор Саид осторожно продвигается в сторону гостевой спальни, и вдруг поняла, почему она уже около часа не видит Кэти.
Только очутившись в больнице, Кэти сообщила им номер мобильного телефона Нила. А к тому времени, когда он добрался туда, все уже было кончено.
Вернувшись в «Алое перо», Том, Джун и Кон разгрузили фургон, все перемыли, высушили и сложили на места. Джеральдина сказала, что позвонит им, когда будут какие-то новости. Они сели на большие диваны в приемной и выпили кофе. Эта комната была первой, на ремонте которой они настояли после вторжения. Иначе им было бы слишком тяжело браться за дневную работу. Они старались быть практичными; им придется снова нанять Люси, маленькую веселую студентку, а она могла привести парочку подруг. Так часто случалось. У Кона был приятель – хороший, надежный официант. И каковы бы ни оказались новости, они знали, что какое-то время Кэти не сможет работать. Если она сохранит ребенка, ей все равно придется лежать несколько недель.
– Одно совершенно ясно… она никогда не придет в норму, если будет думать, что мы не справимся, – сказала Джун.
Что было нужно Кэти куда больше, чем любая больница, так это уверенность в том, что «Алое перо» выживет в ее отсутствие.
Когда телефон зазвонил, звонок показался неестественно громким. Было два часа ночи. Джеральдина звонила из больницы, чтобы сообщить: Кэти потеряла ребенка. Джун сидела, даже не пытаясь смахнуть слезы. Том и Кон громко сморкались в скомканные бумажные полотенца. Впервые за все время Джун просто вызвала такси и уехала домой к мужу без каких-либо жалоб или комментариев. Кон с Томом пошли в клуб и выпили по три стопки русской водки.
– Я думал, мне станет лучше. – Том был разочарован.
– Я тоже, я и не почувствовал спиртное, – кивнул Кон. – Какая ужасная, пустая трата денег при таких ценах!
– Да, мы могли бы выпить водки у себя, причем бесплатно и без этого дурацкого шума и мигающего света, – в сердцах заметил Том.
И по какой-то причине им это показалось забавным, и они хохотали, расходясь по домам. Кон жил в квартире, которую снимал с тремя парнями, и они могли еще не спать и играть в покер. Том отправился в Стоунфилд, чтобы проспать целых два часа, прежде чем встать и отправиться в «Хейвордс» печь хлеб.
Нил вошел, сел возле кровати и взял Кэти за руку.
– Ну вот, – произнесла она крайне усталым голосом.
– Они говорят, с тобой все будет хорошо.
– Да.
– Только это и имеет значение. Ты слишком дорога мне.
– Да, – повторила она.
– И, Кэти, мне очень, очень жаль. Может, мои слова покажутся немного пустыми, но я понимаю, что это огромная потеря, и мне действительно жаль, что это произошло.
– Спасибо, Нил, – ответила Кэти.
Он снова и снова гладил ее по лбу:
– Бедняжка Кэти… Все будет хорошо…
В конце концов она закрыла глаза, и Нил подумал, что она заснула. Он поцеловал ее, и Кэти услышала, как он говорит медсестре, что зайдет утром до того, как отправится на работу.
– Как долго вы ее здесь продержите? – спросил он.
Сестра предполагала, что, возможно, дня два, но не была уверена. Нил сказал, что это отлично, так как в ближайшие дни ему не нужно уезжать из города.
– Очень деликатный человек ваш муж, – сказала потом сестра Кэти. – Некоторые мужчины, которые сюда приходят, такой шум поднимают!
– Да уж, – пробормотала Кэти, понявшая, что некоторые мужчины, которые приходят сюда, просто убиты горем оттого, что потеряли нерожденного ребенка.
